– Я прекрасно знаю все правила, – подтвердил Перлмуттер.

Мур посмотрел на часы.

– Ваше разрешение на проведение работ в АРД истекает в восемь вечера. После этого вы должны вернуться в кабинет главного смотрителя, откуда вас отвезут обратно в Форествилл. Вы поняли?

Перлмуттер кивнул:

– Тем быстрее мне надо начинать.

– Валяйте, – сказал Мур. – И желаю успеха.

В течение первого часа он разбирался в двух серых металлических шкафчиках, пока не наткнулся на старинную желтую папку с документами, относящимися к «Техасу». Однако в них содержалось на удивление мало информации, которая была бы неизвестна или не опубликована: особенности конструкции этого боевого корабля, сообщения очевидцев о его внешнем виде, краткий отчет главного инженера и судовая роль экипажа... Было здесь и несколько описаний со слов современников сражения броненосца с флотом северян в ходе исторического прорыва к морю. Одна из статей, написанная журналистом, находившимся на борту монитора, сильно пострадавшего от огня южан, имела две вымарки. «Что же тут не понравилось цензору?» – с любопытством подумал Перлмуттер. Впервые за все годы изучения истории кораблекрушений Гражданской войны он столкнулся со следами ножниц цензуры.

Затем он обнаружил ветхую газетную вырезку и осторожно разложил ее на столе. Это было предсмертное заявление, сделанное человеком по имени Кларенс Бичер одному английскому журналисту в небольшом госпитале на окраине Йорка. Бичер утверждал, что является единственным оставшимся в живых членом экипажа таинственно исчезнувшего «Техаса». Умирающий Бичер рассказывал о путешествии через Атлантику и плавании вверх по большой африканской реке. Корабль спокойно прошел несколько сот миль от береговой линии до начала великой пустыни. Поскольку штурман не был знаком с рекой, не обозначенной на карте, то по ошибке из главного русла повернул в приток. Они проплыли еще два дня и ночь, прежде чем капитан осознал ошибку. А когда стали разворачиваться, чтобы вернуться обратно, броненосец сел на мел! и, несмотря на предпринятые усилия, так и не смог освободиться.

На совещании офицеров было решено подождать окончания летнего сезона, пока дожди не поднимут уровень воды в реке. И хотя у них были трудности с провизией, водой их снабжала река. Капитан также прикупал необходимые продукты у проходящих племен кочевников, расплачиваясь золотом. Дважды крупные банды грабителей пустыни опрометчиво атаковали с целью завладеть севшим на мель кораблем и его, казалось бы, неисчерпаемыми золотыми запасами, но в обоих случаях хватило пары залпов картечью, чтобы рассеять и обратить в бегство бандитов.

К августу тиф, малярия, и голод выкосили экипаж, в десятки раз сократив его численность, и это продолжалось до тех пор, пока в живых не остались только два офицера, президент и десяток моряков, еле передвигавших ноги.

Перлмуттер прекратил чтение и задумчиво уставился в пространство. О каком, собственно, президенте упоминал Бичер? Чутье подсказывало, что именно в этом и кроется разгадка.

Далее Бичер рассказал, что он и еще четверо вооруженных членов экипажа были отправлены с заданием спуститься вниз по реке на одной из шлюпок броненосца и отыскать помощь во внешнем мире. Бичеру единственному удалось живым добраться до устья реки Нигер. Восстановив здоровье в британской торговой колонии, он добрался до Англии, где женился и стал фермером в Йоркшире. Бичер сказал, что никогда не возвращался в родной штат Джорджия, потому что наверняка был бы повешен за ужасное преступление, совершенное «Техасом», и был слишком напуган, чтобы рассказывать кому-либо об этом до настоящего времени.

Когда он испустил дух, доктор и жена Бичера пожали плечами по поводу его прощального заявления, отнесясь к нему как к безумному бреду умирающего.