Переступив порог комнаты, Софи увидела стол, накрытый персидской скатертью, и ящик, стоящий на нем. Том вынул из кармана ключ, повернул замок и открыл крышку. Аккуратно достал какой-то сверток.

— Эти вазы проделали непростой путь, но все же добрались до места в целости и сохранности.

— Неужели не откололось ни кусочка? — взволнованно спросила Софи. Ей выпала возможность увидеть хоть что-то родное, из Франции, и, может быть, даже прикоснуться к этим вазам, которые Том привез сюда.

— Все верно. — Том продолжал раскрывать упаковку с сосредоточенным видом. — Будем надеяться, что нет никаких повреждений.

Софи даже затаила дыхание, когда он достал первую вазу, закутанную в синий шелк, и поставил ее на стол. Затем вытащил вторую, тоже завернутую в шелк. Обе вазы, насколько Софи могла судить, были около четырнадцати сантиметров высотой. Дворецкий, стоявший в стороне, открыл перед гостями дверь в огромный салон, а затем снова прикрыл, оставив молодых людей наедине.

Это была роскошная комната со стенами цвета морской Волны. Камин, ручки и ножки кресел, столы и стулья, канделябры и роскошные часы, которые, Софи знала точно, могли быть привезены только из Франции, украшала позолота. Еще в комнате был позолоченный старинный секретер, на который Том выставил вазы.

— Я бы хотел развернуть вазы, если вы пожелаете, Софи, — произнес он очень мягко, почти шепотом.

Его голос звучал так страстно, как будто Том просил ее раздеться. Она вспыхнула, не в силах совладать с собой, и почувствовала волнение: казалось, воздух сгустился между ними.

— Думаю, роскошные вазы идеально соответствуют убранству этой великолепной гостиной, — произнесла Софи ровным голосом.

— Так и будет, вот увидите.

Затем Том отошел на несколько шагов назад и полюбовался на ее отражение в высоком зеркале, висевшем над столом. Он хотел видеть лицо Софи, когда она впервые возьмет в руки вазы. Том следил, как девушка разворачивает их, и мягкий шелк струится по ее пальцам. Это выглядело так чувственно. Ее лицо, подобное драгоценной камее в обрамлении волос, было прекрасно.

Лишь когда шелковая ткань сползла с первой вазы, Софи подняла глаза и встретилась в зеркале взглядом с Томом. Словно искра пробежала между ними, и в то же время ему казалось, что она находится на расстоянии тысячи миль от него, а она ощущала, как сердце колотится в груди. Софи понимала, что этот мужчина может перевернуть ее жизнь.

Медленно она перевела взгляд на вазу из севрского фарфора и задохнулась от восторга. Перед ней было настоящее произведение искусства. Овальной формы, украшенное лавровыми листами из бронзы и золота, с резным горлышком; внизу на белом основании были нарисованы фигуры и цветы. Взявшись за круглые ручки, Софи осторожно повернула вазу. Обратная сторона была расписана экзотическими птицами.

— Нравится? — тихим голосом поинтересовался Том.

Софи посмотрела на него:

— Да, очень красиво.

— А вы когда-нибудь видели что-то подобное в Версале? Расскажите мне, если вспомните. Я знаю, что во Франции сейчас продается много настоящих шедевров искусства, мировые рынки переполнены ими. Я бы мог продать их где угодно, но не стал этого делать и привез сюда.

В дверях послышался низкий голос:

— Хорошо, что вы именно так поступили, Том.

Они обернулись и увидели принца. Том поклонился, а Софи присела в реверансе. Принц подошел и поприветствовал их. С нескрываемым интересом Георг разглядывал прекрасные вазы.