– Я видела ее пару раз, и она мне очень понравилась, – сказала Софи.

– Да, спору нет, она хорошая, добрая женщина.

Когда Софи закончила подшивать изысканные кружева, ей поручили куда более заурядную работу. Затем вошла миссис Палмер, чтобы проверить, как справилась с заданием новая работница. И еще до того как она ушла, Бетси отвела Софи в крыло, где находилась кухня, чтобы познакомить с остальной прислугой. Наглый лакей, который встретил ее у дверей во время ее первого визита в Морской Павильон, признал Софи и расплылся в улыбке.

– Итак, вы в конце концов здесь. Меня зовут Ник Барлоу. Жаль, что вас не взяли на роль кондитерши, а то бы я каждый день встречался с вами на кухне. Отобедать с нами сегодня придете?

Пищу здесь подавали в специальной зале для слуг, причем все мужчины должны были быть в куртках, а женщины в опрятных форменных платьях. – Софи сказала, что есть не хочет, и хотела было уже отправиться обратно в ателье, но неожиданно задержалась, поскольку посланный по какому-то поручению паж вернулся с потрясающей новостью.

– Миссис Фицхерберт не собирается этим летом в Брайтон.

– Где ты об этом услышал? – посыпались на него вопросы.

– Встретил одного из поваров из дома на Стайни. Он говорит, что его уволили на неопределенный срок, и он подыскивает себе новую работу. А миссис Фицхерберт арендовала себе особняк под названием Мраморный Холм в Твикенхэме. Вы только подумайте об этом! Должно быть, все гораздо хуже, чем мы предполагали.

Он отвернулся, отвечая на вопросы окруживших его слуг, желавших услышать подробности. Софи обратилась к Бетси:

– Что он имел в виду, когда сказал, что все гораздо хуже?

– А ты не слыхала, какие сплетни ходят о принце и леди Джерси?

– Да, но я считала, что им не следует верить.

– Что ж, мы в Лондоне видели к чему идет дело. То, что миссис Фицхерберт не приехала сюда на лето, говорит о том, что дело обстоит действительно серьезно.

Софи была опечалена известием об этом расколе в браке, выдержавшем куда большие испытания, и понадеялась, что размолвка эта не окажется продолжительной. В ателье за время ее отсутствия никаких чрезвычайных происшествий не было, и уже через несколько минут Софи присоединилась к работе. Когда она рассказала Генриетте и Кларе о том, что услышала в Морском Павильоне, Клара с мрачным видом изрекла:

– Брайтонцам это не понравится! Я знаю, есть немало политиков и всемогущих вельмож, мечтающих навсегда избавиться от миссис Фицхерберт, но здесь к ней отношение совершенно другое. Не хотела бы я оказаться на месте леди Джерси, когда она начнет церемонно выхаживать по паркетам брайтонской резиденции принца… Простые люди этого города не привыкли скрывать своих чувств. Вы еще увидите…

Она как раз заливала в формочки для конфет свое заготовленное еще в прошлом году растопленное яблочное желе. Когда формочки застынут, формованное желе будет покрыто сахаром и шоколадом. Все еще держа в руке кувшин с растопленным желе, Клара посмотрела через недавно купленный для ателье дополнительный стол на Софи.

– Хотела тебе кое-что сказать.

– Что такое?

– Первого июня открывается купальный сезон. Но я не собираюсь снова наниматься в ныряльщицы. Если ты, конечно, не против, я лучше останусь работать с тобой.

– Но ты же рискуешь собственным благополучием? – возмутилась Софи.

– Я в этом очень сомневаюсь. Тем более, я в любой момент могу вернуться к купальным машинам, но не думаю, что теперь это когда-нибудь случится.

– В таком случае я буду только рада, – промолвила с благодарностью Софи.