– В таком случае я буду только рада, – промолвила с благодарностью Софи.

На Клару всегда можно было положиться, кроме того, она оказалась необыкновенно способной.

– Теперь, когда мы начинаем получать прибыль, обещаю повысить жалованье тебе и Генриетте.

Ободренная такой преданностью кондитерскому делу со стороны Клары, Софи решила наладить новую линию в своем производстве. Как-то отправляя товар миссис Митчелл, заказы которой вполне могли загрузить ателье целиком, Софи сделала ей следующее предложение:

– Все лавки, которые я снабжаю конфетами, постоянно увеличивают объем заказов, но в дополнение к тому, что я обычно вам поставляю, как бы вы отнеслись, миссис Митчелл, к элитным изделиям? Они будут стоить очень дорого, потому как я буду использовать при их изготовлении все самое лучшее, в том числе и самые дорогие ликеры и коньяки, но могу вам обещать одно: эти конфеты ничем не будут отличаться от тех, что мой отец посылал его величеству королю Луи.

Глаза миссис Митчелл заблестели.

– Когда вы сможете поставить партию?

– К концу недели… Но при условии: если мне повезет, и вскоре я стану поставщицей Морского Павильона или открою свой фирменный магазин, вы все равно останетесь моей заказчицей.

– Решено.

И вот уже новые ароматы примешивались к витавшим в ателье запахам. Наконец-то Софи удалось в полной мере реализовать свой талант, и каждое из этих элитных изделий украшалось ею индивидуально. Отправка первой партии нового товара в кофейню Митчелл совпала с известием о крупной морской победе. Королевский флот под командованием адмирала Худа уничтожил шесть кораблей, конвоировавших во Францию американские торговые суда с зерном. Это славное событие произошло первого июня. В церквях звонили колокола, а драгуны салютовали из пушек. Как и по всему Английскому Королевству, в Брайтоне полным ходом шли празднества. Победные флаги украшали улицы города и через неделю после этой даты, когда принц Уэльский наконец-таки обосновался в своей летней резиденции.

Он прибыл один. И когда в качестве гостевой свиты приехали только две семейные пары, брайтонцы понадеялись, что миссис Фицхерберт все еще может появиться во дворце. Однако их постигло разочарование, когда во время проливного ливня, желтая карета с двумя лакеями в ливреях на черных лошадях въехала в город. Прибыла леди Джерси. Во время первой же ее прогулки под руку с принцем по залитому солнцем променаду, бесстыдная интриганка была освистана. А два рыбака пошли еще дальше и даже плевали леди Джерси вслед.

В течение нескольких последних, дней, свист и плевки следовали в независимости от того, где появлялся принц в компании леди Джерси. Он был глубоко уязвлен и взбешен одновременно. Для брайтонцев он всегда являлся своего рода кумиром и относился к ним как к своим верным друзьям, радуясь той любви и признательности, что они выказывали к нему и Марии. Мария! Он щелкнул себя по лбу, меряя шагами сверкающий паркет своего рабочего кабинета. Не так давно он стал испытывать муки совести, перешедшие в постоянные головные боли. Порой ему казалось, что он обезумел, предав свою единственную любовь забвению. Зимою он вовсе с ней не встречался, неудивительно, что лето она решила провести без него. Но ведь прежде она всегда возвращалась, даже тогда, когда он был с ней несправедлив. Нет, она наказывает его слишком сурово. Проклятье! Его никто не смеет наказывать! Ему и без этого хватает неусыпных кредиторов, да растущих с каждым днем долгов.

Дверная ручка с щелчком опустилась, и золоченая дверь распахнулась. Ему сразу же сделалось легче, а тело наполнилось сладкой истомой. Вошла леди Джерси. О, сколь желанна была эта женщина!

– Я вас не потревожила? – сладко пропела она.

– О, лишь только вашим возбуждающим присутствием, моя дорогая Френсис, – галантно произнес принц.