Ба'кен покачал головой в благоговейном изумлении.

— Это знамение, — выдохнул Емек, — наверняка. Сначала ларец, теперь это… Добра не жди.

Дак'ир посуровел: он не собирался поддаваться истерии так быстро.

— Брат Аргос, — окликнул он, приглашая технодесантника высказать свое мнение.

Аргос воспользовался магнокулярами, чтобы осмотреть место появления луча.

— Подобного феномена я не наблюдал никогда.

— Что могло его вызвать? — спросил Ба'кен.

— Что бы это ни было, — предположил Емек, — оно предвещает беду.

Он указал на небо. Огненно-оранжевый отсвет стал цвета крови, омывая опутанные молниями небеса неприятным красным свечением. Несмотря на отсрочку апокалипсиса, местные жители задвигались быстрее. Некоторые в ошеломлении и страхе указывали на небо, их приходилось подгонять вперед. Боевые братья подбадривали колонну, заставляя людей прибавить шагу; жесты их были настойчивыми, но по-прежнему спокойными и уверенными. Сейчас поток беженцев вливался в ворота Гесиода. Но многие, чьи фургоны завязли во время землетрясения и кто от страха не мог шевельнуться, были вне пределов досягаемости Саламандр, оставшись на милость суровой стихии.

Обеспокоенный тяжелым положением гражданских, Дак'ир сошел с диска.

— Мы должны помочь им.

— Вернись в круг, брат-сержант. — Бесстрастный голос Аргоса остановил Саламандра. — У твоих братьев есть своя задача, у тебя — своя. Здесь мы больше ничего не сможем выяснить. Ответы будут у Ту'Шана.

Дак'ир неохотно занял место в круге телепортатора.

— Остается надеяться, что вести из Пантеона будут добрыми, — пробормотал он и сжал зубы, когда Аргос запустил телепортацию. Металлическая токопроводящая пластина под ногами Саламандр вспыхнула, словно магний, и мир вокруг сержанта наполнился светом.

Телепортация заняла мгновение, и вокруг проступили края приемной площадки. Это была одна из десяти переходных точек внутри телепортариума крепости-монастыря на Прометее. Призрачные испарения варпа скатились с шестиугольной плиты, достаточно большой, чтобы вместить целое отделение терминаторов, чего уж говорить о трех боевых братьях в силовой броне.

Разряды энергии с треском вспыхнули и рассеялись по трем токопроводящим балкам, дуги которых загибались над площадкой, словно сложенные щепотью пальцы. Глушители варпа, психические буферы и другие предохранительные устройства стояли на своих местах на тот маловероятный случай, если что-то пойдет не так.

Дак'ир на этот раз пришел в себя после переноса довольно быстро. Зная, что произойдет, он приготовился, и благодаря ноктюрнскому стабильно работающему комплексу телепортации процесс прошел гладко. Автоматические орудийные сервоустановки опустились, не зафиксировав угрозы. Дак'ир сошел с площадки телепортатора и направился к причальной палубе, где уже собирались Саламандры.

Причальная палуба была огромной; к ней вели открытые взрывостойкие двери. Те Саламандры, кто уже перенесся на Прометей или, вероятно, и не покидал его, собирались небольшими группами, вполголоса возбужденно обсуждая возможные последствия того, что обнаружит Пантеон. Одни готовили оружие, проверяя и перезаряжая его с методичной четкостью. Другие преклонили колени в одиночестве, давая предбоевые обеты и прижимая к губам символы молота Вулкана. Повсюду звучало имя примарха.

В большой секции ангара стояли восемь «Громовых ястребов» с выпущенными посадочными опорами. Бригады сервиторов и людей-инженеров под руководством следящих за ними технодесантников готовили корабли к отлету. Толстые шланги, по которым закачивалось топливо в баки кораблей, извивались по палубе; в термоядерных реакторах запускали рабочие процедуры; массивные гусеничные подъемники перевозили тонны боеприпасов; в приемники боепитания вставляли тяжелые барабанные магазины; огромные батареи носовых орудий заряжали под завязку.