– Можете ли вы гарантировать безопасность моей сестры?

– Нет, – так же холодно сказал Ломтев. – На самом деле, никто не может гарантировать ничью безопасность. В таком уж неспокойном мире мы живем.

Надо же, подумал Ломтев. Казалось бы, потомственный дворянин, а ничто человеческое ему не чуждо. Или переживаниями о безопасности сестры он просто пытается набить цену?

– Я не смог отказать великому князю, – сказал граф. – И я не смею отказать вам, но я могу попросить вас. Отступитесь, ваша светлость. Не подвергайте опасности жизнь моей сестры.

– Не могу, – сказал Ломтев. – Я уже дал слово великому князю.

– Вы можете выбрать кого-то еще…

– Кого бы я ни выбрал, ее жизнь все равно может подвергнуться опасности, – сказал Ломтев. – Но вам на это наплевать, потому что они вам не родственницы. Я понимаю ваше отношение и ваш подход, и даже в чем-то вам сочувствую. Но я не отступлюсь.

– Наши родители умерли рано… я был ей, как отец…

– И желали для нее лучшей доли, – сказал Ломтев. – Со своей стороны я могу вас заверить, что не сделаю ничего, чтобы намеренно подвергнуть ее жизнь опасности.

– Это неважно, ваша светлость, – сказал граф. – Когда в вас начнут стрелять, в опасности окажутся все, кто будет рядом.

– Не я построил такой миропорядок, – сказал Ломтев.

У Ломтева было странное ощущение. С одной стороны, он понимал чувства этого человека, и, наверное, должен был бы ощущать себя последним негодяем, использующим людей и плюющим на чувства, которые они в этот момент испытывают.

Странным было то, что он понимал это исключительно разумом, а эмоций никаких не испытывал. Разве что скуку и нетерпение. Он лишь одного, чтобы этот разговор закончился и он мог бы вернуться к своему коньяку и трубке. Ведь даже если он удовлетворит просьбу графа и откажется от его сестры, это не гарантирует, что не придет родственник следующей по списку невесты.

Хотя всегда есть шанс, что он будет меньше привязан к своей родственнице и ее судьба не будет его заботить.

Но Рубикон уже был перейден и остатки мостов дымились за спиной Ломтева. Он выбрал, Меншиков проделал свою часть работы, и вряд ли великий князь будет счастлив, если Ломтев пойдет на попятную.

– Мне жаль, – сказал Ломтев.

– Ваша светлость…

– Великий князь заверил меня, что в случае вашего согласия вы получите значительную сумму денег, некие связи и преференции, так что давайте считать, что это – ваша жертва во имя семьи, – сказал Ломтев.

– Не все в нашем мире решается при помощи денег и связей, ваша светлость.

– Верно, – согласился Ломтев. – Некоторые вопросы можно решить силой и волей. Вопрос только в том, достаточно ли у вас силы, граф, чтобы навязать мне свою волю?

Граф наконец-то отпустил бокал и уставился в пол.

– Вы думаете, что этот мир принадлежит вам? – пробормотал он.

Да. у меня определенно талант заводить друзей, подумал Ломтев. Но у этого явно кишка тонка, даже чтобы попробовать.

Но на всякий случай он нащупал спрятанный под подушку кресла пистолет.

– Мне плевать, – сказал Ломтев. – Если вы хотели ответить отказом, это надо было делать утром. Сейчас уже поздно.

– Но, ваша светлость…

– Идите домой, граф, – сказал Ломтев, убирая руку от пистолета. – И передайте своей сестре, что я нанесу ей визит. На днях.

Граф ушел, и тут же ему за замену из стены выдвинулся старый князь.