— В Европе? Я ничего не понимаю… ведь наполеоновский флот больше не представляет для нас опасности…

— Флот — нет, а сам Бонапарт — да. — Рем стиснул зубы. — Вернее, представлял. Я предупредил правительство о том, что Наполеон собирается поднять восстание. Через некоторое, весьма короткое, время правлению Бонапарта придет конец. На этот раз — навсегда.

— У меня кружится голова, — прошептала Саманта. Ремингтон погладил невесту по голове, успокаивая ее.

— Как ты думаешь, я превзошел твои романы?

— Рем, мои романы — измышления ума, а твоя работа — настоящая и очень опасная. Я боюсь… за тебя и за себя.

— Не надо, — успокоил ее граф. — Это мое последнее задание. После его выполнения я подаю в отставку.

— Из-за меня? — догадалась Саманта.

— Раньше моя жизнь не имела для меня значения. Теперь имеет.

— Но я ведь тоже благородный человек, и я буду настаивать, чтобы ты продолжал выполнять свою работу. Ты служишь Англии, и делаешь это превосходно. Ах, Ремингтон, я наполню твою жизнь любовью, ты никогда не пожалеешь, что женился на мне. — Вместо ответа Гришэм обнял ее. — Ты говорил что-то о последнем задании. Оно связано в пропавшими кораблями, не так ли?

— Ты не зря читаешь романы, — похвалил ее Ремингтон.

— Скажи, пожалуйста, это расследование хоть каким-то образом касается Дрэйка?

— Раньше не касалось, теперь касается. Я обратился к твоему брату с просьбой помочь мне разоблачить преступников.

— Означает ли это, что ты сообщил Дрэйку, кто ты такой на самом деле?

— Да. Не во всех подробностях. Я поведал ему, что работаю на безопасность страны. Кроме того, я посвятил его в подробности моего последнего задания. Он обещал оказать мне всяческое содействие.

— А тебе известно, по чьей вине и почему пропадают корабли?

— Мы подозреваем несколько человек.

— Виконт Годфри входит в число подозреваемых?

— Это уже второй раз, когда ты упоминаешь имя Годфри, — с удивлением заметил Ремингтон. — Скажи, пожалуйста, твои подозрения основываются только на разговоре, который тебе удалось случайно услышать на балу, или у тебя есть другие основания для недоверия?

Сэмми принялась перебирать подол сорочки.

— Чертенок, ты чего-то недоговариваешь.

— Сознаюсь, я слышала, как Стефен и лорд Киф обсуждали исчезновение виконта Годфри Они связывали это с тем, что среди пропавших судов слишком много принадлежало виконту. Они говорили, что удача отвернулась от него. Но я была свидетельницей и другого разговора, о котором я тебе почему-то не рассказала.

— Продолжай, пожалуйста.

— Я никак не могла избавиться от раздумий о том, что услышала на балу. Я беспокоилась о том, что может пострадать репутация Дрэйка. Поэтому — Саманта прикусила губу. — Поэтому я провела свое собственное расследование. На следующее утро после бала я выскользнула из дома до рассвета и отправилась в порт, где приглядывалась и прислушивалась ко всему, что могло иметь отношение к пропавшим кораблям.

— Ты была в порту… на рассвете.. одна. Но это невозможно. Тебя бы сразу опознали как сестру Дрэйка и потребовали бы, чтобы ты отправилась домой.

— Меня обнаружили, но не опознали: я нарядилась в одежду мальчика-садовника.

— Черт подери! — взорвался Ремингтон. — Когда мы поженимся, я привяжу тебя к домашнему креслу, чтобы ты и подумать не могла совершать такие прогулки.