— Черт подери! — взорвался Ремингтон. — Когда мы поженимся, я привяжу тебя к домашнему креслу, чтобы ты и подумать не могла совершать такие прогулки. Порт, Шэдвелл, что еще?

— Я боялась за Дрэйка. Я опасалась, что он сам находился на одном из пропавших судов. Я отправилась в порт, чтобы помочь ему, как я отправилась в Шэдвелл, чтобы помочь тебе.

— Саманта, — Ремингтон заключил ее лицо в кольцо своих ладоней, — скажи мне, может, за тобой числится еще какое-нибудь приключение, о котором я не знаю?

— Нет, не волнуйся.

— Тогда договоримся на будущее — будь добра впредь ставить меня в известность о том, что ты собираешься предпринять, чтобы я мог уберечь тебя от опасности. Что касается меня, то обещаю, что мне больше ничто не будет угрожать. Вернемся к нашим баранам. Во время прогулки по порту ты подслушала разговор относительно виконта Годфри, который вызвал твое подозрение.

— Да. — И Саманта пересказала беседу двух портовых рабочих, которую она услышала в самом начале своего путешествия по лондонскому порту. — Я никогда не встречалась с виконтом лично, но из разговора я поняла, что некоторые обстоятельства его личной и финансовой жизни могли вынудить его пойти на преступление. Отношения с женой были у него напряженными, он ушел из семьи, не сказав ни слова жене. Только позже мне пришло в голову, что Годфри мог быть не преступником, а жертвой и что он скрылся, чтобы спасти свою жизнь, а не похищенные деньги. Впрочем, возможно, я прочитала романов больше, чем нужно.

— Ты совершенно права. Годфри был в беде. Его шантажировал один негодяй, который уже получил свое.

— Вы обезвредили его? — догадалась Саманта.

— С помощью друзей, — улыбнулся граф. — Ты помнишь тот вечер, когда отправилась со мной к Энни без приглашения? Именно там и тогда я встречался со своими помощниками и обсуждал, как нам поймать мошенника. Я не испытывал тогда никаких финансовых трудностей, но даже не могу выразить меру моего умиления, когда узнал, что ты решилась мне помочь.

— Ты сказал, с помощью друзей. Что… Бойд тоже работает вместе с тобой?

— Да. И мы одновременно подадим прошение об отставке. Несмотря на то что мы дружим второй десяток лет, подозреваю, что его решение вызвано отнюдь не моим.

— Синтия, — догадалась Саманта. — Они будут прелестной парой. — После недолгого молчания Саманта спросила: — Рем, если виновен не Годфри, тогда кто?

Лицо Ремингтона стало холодным и жестким.

— Нам еще не известны имена всех заговорщиков. По крайней мере один из них является загадкой. Мы знаем, что два его напарника наняли капера, который нападал на корабли… и у нас есть описание этого капера.

— Ты сказал — два его напарника. Тебе известны их им на?

— Известны, — вздохнул Гришэм, пристально глядя в глаза невесте. — Саммерсон и виконт Андерс.

— Стефен? — воскликнула Саманта. — Ты не ошибаешься?

— Не ошибаюсь. Именно поэтому я и не хотел, чтобы ты имела с ним хоть что-то общее.

— Так его интерес ко мне был сплошным притворством?

— К несчастью, нет. Этот негодяй действительно добивался твоего расположения. Именно поэтому мне еще больше хотелось разоблачить его. И мне почти удалось это сделать… тогда, в саду Девоншир-Хаус, когда ты прервала его секретный разговор с Саммерсоном.

— Ты был там?

— Да, дорогая, в пятнадцати футах справа от тебя, за кустами. — И Ремингтон поведал возлюбленной все, что он видел и что показалось ему странным.