— И решительный, — добавил о себе Ремингтон и отставил свою кружку. — Я свяжусь с вами.

— Вы уходите? — Бойд слыл за человека, который в любой ситуации сохраняет спокойствие, но сейчас и он выглядел удивленным. — Вы не больны?

— На сегодня — все.

— Но…

— Развлекайтесь, джентльмены, — ухмыльнулся Ремингтон и поднялся, направляясь к выходу.

— Рем? — Бойд поймал бывшего командира за руку и перешел на шепот, чтобы никто посторонний не услышал их. — У тебя все в порядке?

— Конечно. Почему ты спрашиваешь?

— Ты чертовски хорошо знаешь, почему я спрашиваю. Это вовсе не в твоих правилах — отказываться от ночи с красивой женщиной. У тебя что… другие планы? Может, они касаются леди Саманты Баретт?

Только Бойд мог безнаказанно позволить себе такую смелость.

— Что, черт возьми, означают твои намеки? — окаменел Рем.

— Ты вернул ей экипаж?

— Да.

— И?

— И — ничего. Господи, она же ребенок!

— Этот ребенок произвел на тебя неизгладимое впечатление. Ты уверен, что ограничился только тем, что вернул ей экипаж?

— Неужели ты думаешь, что я завалил ее прямо в лондонском доме ее тетки? И вообще… не задирай меня, Бойд.

— Не пытайся прыгнуть выше головы, Рем.

— У меня есть свои соображения.

— У тебя они всегда есть.

— У меня совсем не те соображения, которые ты имеешь в виду. Ну ладно… если хочешь, я тебе все расскажу. Я еду домой. Если хочешь — присоединяйся. Но если ты предпочтешь принять участие в развлечении, которое придумала Энни, я тебя пойму. Говорить о Саманте, находясь в борделе, я не считаю возможным. Так что ты выбираешь?

— Ладно… я иду за пальто.

— Тебе налить еще?

— Нет, спасибо, больше некуда. — Бойд провел рукой под подбородком и поудобнее устроился в кресле с прямой спинкой.

Мужчины беседовали, сидя в кабинете в лондонском особняке графа Гришэма.

Ремингтон подлил себе бренди.

— А тебе все не остановиться, — поддел Ремингтона Бойд. — Скажи, ты пьешь ради удовольствия или для храбрости?

— Бойд, давай договоримся, сегодня я вне досягаемости твоего жала, хорошо?

Едва граф поднес рюмку к губам, перед глазами его возникла картина: мертвенно-бледное лицо Саманты после того, как она одним глотком выпила полстакана бренди. Ее прелестная, но неудачная попытка предстать в образе опытной женщины тут же отразилась на лице выражением глубокого разочарования. Тогда Ремингтон будто кожей ощутил ненужный стыд, испытываемый девушкой, и ему захотелось поддержать ее и развеселить. Посещение книжного магазина было блестящим выходом из ситуации. Он видел, что она полностью растворилась в придуманном мире, и это было ему более приятно, чем…

— Рем?

Вопрошающий голос Бойда вывел Гришэма из состояния мечтательной задумчивости.

— Что?

— Что с тобой сегодня? Ты смотришь на бренди так, будто в рюмке кто-то притаился.

— Прошу прощения. — Рем отпил немного, отставил рюмку и спросил: — Как ты думаешь, Тэмплар и Хэррис справятся?

— Ты и сам знаешь, что они справятся. Полагаю, мы не для того сюда приехали, чтобы говорить о Тэмпларе и Хэррисе. И вообще мы не собирались говорить о делах. Мы приехали сюда, чтобы спокойно поговорить о Саманте Баретт.

— Позволю себе не согласиться с тобой, Бойд. Саманта Баретт — это как раз и есть дело.