Под тяжелые думы о статусе Тайны, о магах, артефактах, аякаси и обывателях мной овладел крепкий сон.

Наскоро позавтракав, мы свернули лагерь и двинулись в путь. Гоблевилль, судя по нашим картам, располагался всего в пяти километрах от Гроверука, что было немного странно по моему мнению. Гоблины и тролли не слишком ладили между собой. Всего через пару километров набрели на лежку цутигумо, паучьих аякаси. Помахать Хаганэ мне не дали, мгновенно всех покрошили. Эмма расстроилась. Я не чувствовал особых угрызений совести, отлично помня недавнее происшествие в Ноихаре. Местных цутигумо кличут акромантулами, оказывается. Видя состояние Уотсон, я не стал заикаться о том, чтобы отловить парочку особей на опыты.

Вскоре нам стали попадаться первые жилища хорошо известных британских аякаси: землянки хоббитов. Человекоподобные существа чуть выше метра ростом не слишком опрятного вида. Вообще, любое сильное отклонение от стандартов красоты вызывает в человеке отторжение. Недаром цирки уродов снискали особую популярность. Хоббиты не были прям так отвратительны. Немного иначе посаженные глаза, крупный нос, маленький клыкастый рот, широкое лицо лопатой. Не привычен я к их необычному виду. Все-таки во Властелине колец снимались человеческие актеры. Некоторые не боялись нас, и мы спрашивали про чертоглаз. Однако везде следовал отрицательный ответ. Преодолев своеобразный «Шир», мы не сразу поняли, что попали в Гоблевилль. Город раскинулся на втором ярусе, меж широких ветвей деревьев. Теперь понятно, почему гоблины чувствовали себя так вольготно вблизи поселения троллей. Великаны попросту не смогут забраться наверх, деревья не выдержат их вес. Среди нас пышнотелых не наблюдалось, и мы легко вскарабкались на верхние пути.

Приходилось немного пригибать голову, но в целом достаточно комфортно. Широкие ветви образовывали удобную тропу, по бокам росли более тонкие ветки-перила. Все утопало в яркой листве, создавая ощущение волшебства и нереальности происходящего. Некоторые гоблины глазели на нас, другим было совершенно по барабану. Как-то безалаберно они относятся к приезжим в отличие от троллей. Главное — никто не лез. Может, тут помогли Химари с Сидзукой, фонящие сильной аурой аякаси. Куэс нас предупредила заранее, что все блестящее лучше спрятать подальше, поэтому я сложил отцовские часы в карман штанов. Гоблины как сороки — тащат все, что не приколочено. Несколько слов на английском знали не все, но многие. Мы периодически останавливались на оживленных перекрестках, интересовались чертоглазом или пропавшими людьми. В большинстве своем ни один гоблин не отказывался обменяться, вот только предлагали всякий хлам. Имелись и торговые лавки и даже рынки. Продавали овощи, корешки, грибы, шишки и ягоды, шкуры и мясо, разную утварь, включая стеклянную и пластиковую тару из-под газировки, а также ношеную детскую одежду фабричного человеческого производства. Сами гоблины имели длинные уши, крючковатый нос, широкий рот и землистую или зеленую кожу. Кроме хоббитов и обычных гоблинов нам встретились относительно рослые кобольды, примерно по плечо мне, и забавные боглы, постоянно кривляющие рожи. Ловкие и юркие твари, с длинными пальцами. Сильных аякаси среди них не было, да и проку от таких неграмотных вассалов мало. Своих коробокуру хватает. Кстати, надо бы и нашим японским гномам тоже дело придумать, а то совсем от скуки дуреют и сородичей жрут.

— Мда. Я слышала, что гоблины еще контактируют с людьми, но такой открытости не ожидала, — удивилась Куэс.