И потом я увидела, как Зак смотрит на тебя. Я не могла равнодушно наблюдать за этим, я должна была что-то сделать. Поэтому я писала записки, я даже украла ключ и проникла в номер, но, когда все это не помогло, я решила напугать тебя всерьез.
– А когда ты ушиблась при нападении, ты сказала Нелсону, что ловила кота, – перебил ее Зак. – И поэтому ты до сих пор хромаешь.
Юнис пожала плечами. Но Зак не закончил.
– А затем полетела за нами в Сан-Франциско и убила Джинни.
– Нет, Зак, что бы ты обо мне ни думал, я не убийца. Спроси у Нелсона. В тот вечер, когда убили Джинни, он был здесь со мной.
– Нелсон скажет все, что ты захочешь. Я ему не верю.
– Тогда поверь его другу. – Она подняла голову и посмотрела Заку прямо в глаза. – Нелсон был у меня в тот вечер не один. Конечно, они не остались ночевать. Считается, что я не знаю, что Том – любовник Нелсона, но они пробыли здесь весь вечер. Мы ужинали и играли в карты.
– Тебе придется рассказать это в полиции.
– Я знаю, – кивнула Юнис. – Я уже связалась с адвокатом. Я это сделала сразу после того, как Джинни была убита. Я ждала, что ты приедешь.
Она грустно улыбнулась и потянулась, чтобы погладить его по щеке, но Зак невольно отпрянул. В ее глазах появилась боль.
– Ты всегда был умным мальчиком, Зак. Мой самый любимый.
Обычно Энтони Полидори не переносил, когда прерывают его сон, но, когда его разбудил телефонный звонок с новостью о том, что Юнис Дэнверс Смит арестована за похищение Ланден Дэнверс, Энтони только улыбнулся и поблагодарил. Хотя, конечно, жаль, что Юнис виновата в этом. Он чувствовал себя виноватым перед ней. Он догадывался, что она была влюблена в него тридцать пять лет назад. Она ему тоже нравилась, но Энтони ее не любил; на самом деле он просто использовал ее, чтобы отомстить Уитту. Юнис об этом догадывалась. Она страстно ненавидела Уитта, и они с удовольствием развлекались за его спиной.
Значит, двадцать лет назад Юнис решила разрушить жизнь бывшего мужа. Хотя все эти годы его семью обвиняли в похищении Ланден, Энтони нравилась смелость бывшей любовницы. Может быть, он напрасно поторопился бросить ее, когда Уитт узнал об их связи.
Он встал с постели и накинул старенький полосатый халат. Этот халат жена купила ему когда-то давно, и у Энтони не хватало духа выбросить его.
Ему захотелось поделиться новостью с Марио. Спускаясь по лестнице, он задумался о своей жизни и с удивлением обнаружил, что больше не испытывает черной ненависти к семье Дэнверс, которая мучила его годами.
Энтони подошел к двери сына и постучал. Тишина. Он постучал громче и попробовал повернуть ручку. Дверь была закрыта на замок.
– Марио, открой, это я.
В ответ послышалось ворчание.
– Господи! – Ругаясь и натыкаясь на мебель, Марио наконец добрался до двери. – Ну что?
– Нам нужно поговорить.
– Ты что, с ума сошел? Четыре часа утра!
– Накинь что-нибудь и спускайся вниз. Марио провел ладонью по лицу и зевнул.
– Я только возьму сигареты и надену тапочки, – сказал он, затем повернулся и споткнулся обо что-то.
Мальчик никогда не вырастет.
Энтони прошел в кухню и открывал бутылку шампанского, когда на пороге появился сын.
– Что, черт побери, происходит? – спросил Марио. Он сонно жмурился и поеживался от холода.
– Мы празднуем.
– А это не могло подождать до какого-нибудь приличного часа? Хотя бы до шести или до семи утра?
– Нет. И сейчас не время для сарказма.
– Ладно, как скажешь. – Марио щелкнул зажигалкой и затянулся. |