— Прошу вас сюда, милорд.

Они прошли за ней по короткому коридору, пока она не остановилась.

— Я только что подала мистеру Миддлтону обед, милорд. Надеюсь, не будет никаких неприятностей.

Дамарис едва не рассмеялась над таким нелогичным заключением, но неудивительно, что женщина нервничает. В ее владение вторглись люди, готовые применить силу. В воздухе повисло напряжение.

Родгар постучал в дверь сам. Сердце Дамарис заколотилось. Она вот-вот познакомится со своим единственным братом — и, возможно, потеряет его.

Дверь открылась без всяких предосторожностей, и она увидела коренастого молодого человека в модном бордовом платье и с салфеткой в руке. Он сильно походил на ее отца квадратной челюстью, яркими глазами и почти сросшимися над переносицей бровями. Вежливое удивление на лице сменилось волнением, но не было никаких признаков вины. Если это и есть ее потенциальный убийца, он блестящий актер.

— Мистер Батлер-Миддлтон? Я лорд Родгар, а это ваша сестра, мисс Дамарис Миддлтон. Мы бы хотели поговорить с вами. Марк Миддлтон приоткрыл рот от изумления, но с поклоном пригласил их в уютную гостиную, которая обогревалась весело горящим в камине огнем. В ней находился один из эркеров, выходящих в переулок. Там стоял накрытый стол. Похоже, ее брат как раз ел суп. Неуверенным, смущенным жестом он предложил сесть. Родгар помог Дамарис снять накидку и подвел ее к креслу, но сам остался стоять. Она заметила, что два лакея вошли с ними и встали по обе стороны двери.

Она перевела взгляд с брата на Родгара, не представляя, что сказать.

— Известно ли вам, Миддлтон, что кто-то дважды покушался на вашу сводную сестру?

Марк ошеломленно взглянул на нее:

— Боже правый, нет. Я рад, что с вами все в порядке, сестра. Я собирался в скором будущем искать знакомства с вами.

Дамарис хотела было сказать что-нибудь теплое и приветливое, но остановила себя. Если не он убийца, то кто же?

— Бывали ли вы в Тикмануэлле? — поинтересовался Родгар.

Марк выглядел искренне озадаченным.

— Не думаю. Где это, милорд? — Потом он перешел в оборону и встал. — Что все это значит? Уж не подозреваете ли вы меня?

— Вы являлись до недавнего времени наследником своей сестры.

— И это достаточная причина, чтобы вторгаться в жилище честного человека?

— Как вы узнали, что вы наследник своей сестры? — спросил Родгар.

По появившемуся на лице Марка упрямому выражению казалось, что он не станет отвечать, но он сказал:

— Мне сообщил отец. Возможно, он надеялся, что я от зависти закачу истерику. Но вместо меня это сделала мама.

— О, и у вас то же самое! — воскликнула Дамарис. — Что за ужасный человек он был! Но наверняка, сэр, вы должны были испытывать некоторое негодование из-за того, что я получу большую часть его денег.

Она попыталась прочесть выражение его лица, но не увидела никакого намека на увертки и обман.

— Ну разумеется. Я его законный сын, и он отвратительно обошелся с моей матерью. — Он покраснел. — Вы знаете об этом?

— Да, но не все. Возможно, вы могли бы объяснить больше...

В этот момент распахнулась дверь, и вошел Фитц, оттолкнув при этом одного из лакеев так, что тот пошатнулся.

— Свет такой глупости не видел!

Родгар вытащил лорнет и посмотрел сквозь него на Фитца:

— Вы обвиняете меня в глупости, Фитцроджер? Дамарис подозревала, что Фитцу хотелось рявкнуть «Да!», но вместо этого он обратил убийственный взгляд на Марка.