Хочет сделать меня в чем-то виноватым? Понятное вполне желание владетельного норра, раз отлично идущий бизнес накрывается пока медным тазом. Но насколько все получается на самом деле плохо, они еще не в курсе, что Империя ведет постоянную войну с прогрессорами самым настоящим беспощадным образом.

Убивает, травит, сжигает и тотально уничтожает — весь возможный ассортимент наказаний.

И вряд ли когда-то остановится в своем негативе. Так что придется искать другие рынки сбыта или договариваться на каких-то не таких шикарных условиях. Налоги точно придется платить, даже как бы не повышенные.

Понятно, что пить так сразу мое вино никто не будет, справедливо понимая, что оно может быть даже отравлено. Если я оказался в загнанном в угол положении, то могу сдуру попробовать избавиться от своих требовательных не в меру компаньонов. Правда, что делать с двумя сотнями дружинников на площади моим одним десятком — еще труднее придумать.

— Новость первая такая! — я не собираюсь долго подводить гостей к исконной сущности полной неразрешимости наших общих проблем.

Да, они именно наши, а не только мои личные — вот что я хочу донести до всех присутствующих.

— Империя высказала свое сильное неудовольствие тем, что мы производим передовые по исполнению и гораздо более качественные изделия из железа. Особенно тем, что продаем все свои товары на ее рынках. Но главная ее претензия в том, что они гораздо лучше местных изделий, а стоят так же, — на то обстоятельство, что имперские власти в принципе борются с передовыми технологиями, я решил пока внимание уважаемых норров не обращать.

Это такая довольно сомнительная тема, никто из них с подобного рода преследованиями никогда не сталкивался, потому что норрские кузницы всегда только повторяли изделия имперских мастеров в лучшем случае. И не производили ничего такого революционно нового в принципе.

А вот с тем, что наши кузницы, наша общая на промплощадке и все остальные, оставшиеся во владениях норров, погнали просто горы товара из более качественного железа за невысокие цены на рынок Империи, с этим утверждением они не могут не согласиться. Сами со мной катались и все цены видели, отличный спрос тоже ощутили лично по своему сильно растущему благосостоянию.

— Империя обнаружила такой невыгодный для нее оборот и решила очень жестко с этим разобраться, — добавляю я.

— Да с какого имперцам лезть в наше производство! Это же старые договора между Вольными Баронствами и Империей! И мы их никак не нарушаем! — возмутились мои норры.

— Все так и есть! Но, ведь они внезапно захватили мой замок! — делаю я паузу. — Представляете, я приехал, а они уже в нем!

— Захватили? Да с какого черта они себе это позволяют? — тут же разбушевались норры.

Да, такой захват — это прямое объявление войны. Никак такой поступок нельзя объяснить и извинить.

— А как же вы, норр Вестенил, снова оказались здесь хозяином? Вы как-то договорились с имперцами? — вдруг норр Истримил задал мне правильные вопросы посреди кучи этих проклятий и разнообразных ругательств в адрес обнаглевших имперцев.

Все норры сами с понятным ужасом ожидают такого поворота, когда они оказываются в чистом поле перед своим же захваченным врагом замком. Снится, наверно, эта душераздирающая картина всем владетельным хозяевам цитаделей.

И они затихли, ожидая моего ответа.

— И да, и нет, уважаемый норр Истримил! Договориться договорился, но наш договор им не очень понравился. То есть совсем не понравился.

Наступила долгая пауза, я сделал вид, что решил промочить пересохшее горло и в одиночку опрокинул свой бокал.

— Договориться не получилось! А вот выгнать имперцев из замка вышло! — откровенно хвастаю я.