Ситуация накалялась день ото дня. Или вернее будет сказать от ночи к ночи. Все прекрасно понимали, что ничем хорошим это не может закончиться. Над субмариной висело плотное облако сексуальной озабоченности.

Когда Сенсей спросил капитана Спаркса, как долго продлится их путешествие до берегов Южной Америки, тот неопределенно хмыкнул и сказал, что они преодолели менее четверти пути. При этом Сенсей мог бы поклясться, что в глазах старого Джона промелькнула злорадная искорка.

Ольга же в отличие от своих спутников чувствовала себя превосходно. Казалось, что сложившаяся ситуация откровенно забавляет ее. Равно, как и попытки ее кавалеров оградить ее от навязчивого внимания всего экипажа субмарины.

Глава 28

Атлантический океан, 2028 год.

Последнее время трое пассажиров субмарины жили практически на осадном положении.

— Угораздило же нас попасть на этот плавучий лепрозорий! И ведь никак с него не сойдешь и никуда не выйдешь! Кругом одна вода, будь она неладна! — время от времени начинал скрипеть зубами Сенсей. — В Африке нам не сиделось, охота к перемене мест обуяла!

— Чего ты там все бубнишь? — прикрикнула на него Ольга, которую уже начало раздражать его нытье. — Скажи, пожалуйста, чем тебя не устраивает Южная Америка?

— Действительно, если бы мы не убрались из Александрии, нас бы уже давно зажарили и съели! Не забыл еще тот плохопрожаренный деликатес, из-за которого мы потеряли Мустафу Азиза и Ахмета? — горячо поддержал ее Влад. — Я, наверное, подыхать буду и вспоминать дастархан накрытый ксеносервусами в той усадьбе!

— Ты-то хоть дурака не включай! — попросил его Сенсей. — Тебе прекрасно известно, отчего я бешусь!

— Если ты насчет того, что капитан с экипажем хотят нарушить твою монополию на обладание мной, то ты дружок совсем дурак! — презрительно скривилась Ольга. — Если ты и дальше будешь гнуть свою линию, то погубишь всех нас.

— Я отказываюсь обсуждать эту тему! — вспылил Сенсей и, улегшись на койку, повернулся носом к стенке, все своим видом показывая, что разговор окончен.

Однако, как показали дальнейшие события, разговор на эту тему еще всерьез и не начинался. Этим же вечером, капитан Спаркс неожиданно зашел в каюту Ольги, Сенсея и Влада. Пожелав всем доброго вечера, он надолго замолчал. Вид у подводного Санта Клауса был какой-то всклокоченный и вместе с тем несколько потерянный. Он не знал, куда ему деть свои большие толстые руки. Наконец засунув их в карманы форменных брюк, он без приглашения сел на койку рядом с Владом. Несмотря на все свои непонятные манипуляции, он продолжал тревожно молчать. Было видно, что он чувствует себя не в своей тарелке. Что-то определенно заботило и тяготило капитана.

Джон Спаркс явно не знал с чего начать непростой разговор. Но по его смущенному виду, всем и так уже стало понятно, о чем именно он собирается говорить.

— Пожалуйста, не подумайте, что я в восторге от того, что собираюсь вам сейчас сообщить, — откашлявшись, признался капитан. — Более того, все это мне совсем не нравится. Но обстоятельств вынуждают меня сделать это.

— Не тяните кота за хвост, кэп! — прервал его Сенсей. — Я примерно догадываюсь, о чем вы собираетесь говорить! Так вот, мой вам ответ будет — нет! И еще тысячу раз нет!

— Давай ты не будешь решать за всех, ладно? — ласково положила ему руку на плечо Ольга. — Сейчас не самый подходящий для этого случай.

— Нет, я буду говорить, то, что считаю нужным! — Сенсей зло посмотрел на подругу. — А тебе лучше помолчать!

Капитан, досадливо поморщившись, словно от сильной головной боли, протестующе поднял руку:

— Прошу вас выслушать меня и хорошенько подумать, прежде чем делать столь опрометчивые и скоропалительные заявления.