* * *

— На этот раз вы зашли слишком далеко! — заявила Марико, не повышая голоса, отчего ее слова звучали еще более угрожающе.

Маршал Сатинов сидел в своем кресле в хорошо проветриваемой, со вкусом отделанной гостиной с кислородной маской на лице, а возле кресла стоял большой кислородный баллон на колесиках. Казалось, он весь сморщился за каких-то несколько дней. Но его дьявольские глаза следили за каждым Катенькиным движением.

— Пожалуйста, позвольте мне поговорить с вашим отцом всего минутку, — просила, задыхаясь после бега, Катенька. — Мне так много нужно ему рассказать, он сам просил меня сообщать ему, что я узнала…

Она умоляюще посмотрела Сатинову в глаза, полуприкрытые ресницами. Сначала в них ничего не отразилось. Но потом ей показалось, что старик подмигнул. Он снял кислородную маску.

— Ох, Марико, хватит шуметь, — произнес он с трудом. — Принеси нам чай.

Марико громко вздохнула и затопала прочь из комнаты.

— Как вы попали сюда?

— Один из жильцов впустил меня в подъезд, потом я увидела, что ваша дверь приоткрыта, и вошла.

Сатинов раздумывал над сказанным.

— Это сама судьба. Не забывайте, зачем вы здесь. — Казалось, ей улыбался череп, обтянутый кожей. Катенька присела на диван, он развел своими морщинистыми руками, будто говоря: «Ну же, продолжай, дитя, я слушаю».

— Я нашла Снегурочку. — Он удовлетворенно кивнул.

— Лала Льюис мне все рассказала. Вы герой. Вы спасли детей. Снегурочка хочет с вами встретиться, чтобы поблагодарить.

Он покачал головой и махнул рукой.

— Слишком поздно, — проскрежетал он. — А ее брата вы нашли?

— Пока нет. Я все еще пытаюсь узнать, что стало с Сашенькой. Оставьте родителей в покое! Сосредоточьтесь на Карло! Дети это будущее…

— Сашенька с Ваней были вашими лучшими друзьями, верно?

— Сашенька… таких, как она, больше не было, и дети… — Его голубые глаза потеплели, на мгновение Катеньке показалось, что в них стоят слезы.

Она заставила себя продолжать:

— Поэтому Сталин и позвал вас к себе в кабинет, когда прочитал записи разговоров Бени и Сашеньки?

Он знал, что вы знакомы еще с юности, с Петрограда, что вы почти как второй отец Снегурочке. Он видел вас вместе на Первомае. Значит, он хотел выяснить, что же известно лично вам?

Сатинов заморгал и промолчал.

— Берия вышел, а вы вошли в 21.30 — я видела журнал учета посетителей. Но что произошло после? У Сашеньки случился роман. Ваня ревновал и прослушивал номер гостиницы, где они встречались. Как это вылилось в тайный сговор с Саганом и уничтожение целой семьи?

— Не знаю, — прошептал Сатинов.

— Почему Сталин затребовал все материалы по этому делу? — Она не сводила с него взгляда. На нее смотрели холодные, налитые кровью глаза. — Тоже не будете отвечать? Почему вы делаете вид, будто не знаете, что произошло?

— Просто найдите Карло, — прохрипел Сатинов. — Вы уже близко.

— И что имел в виду Сталин, когда написал «Бичо под личную ответственность»?

Повисло долгое молчание, Сатинов тяжело дышал.

— Внимательно читайте мои мемуары, — произнес он наконец.

— Хотите — верьте, хотите — нет, но я прочла каждое слово ваших бесконечных рассуждений о мирном сосуществовании и о вашей героической роли в строительстве социализма, но там нет ни слова о человеколюбии.