Другого кандидата искать было некогда, и Сашка к тому же, дёрнул за рукав князя и кивнул. Так и появился в их кавалькаде новый управляющий. Он же посоветовал купить на рыке пару девушек в прислугу. Ксения сначала замахала руками, но поглядев на монгольскую рожицу брата согласилась. Действительно в доме нужно кому-то за порядком следить и Сашку обихаживать.

— Пару много. Что одна не справится? Купим одну девку.

Так появилась Машка. Помощница будет у тёзки — переводчицы. Машку выбирали по фигуре, ну мало ли, вдруг Сашеньке плохо станет и его тащить придётся. Потому купили деваху под метр восемьдесят и с плечами за метр. Богатырша такая. Про неё Некрасов, наверное, и напишет. Точно коня на скаку остановит. Да конь просто обделается, когда она его за уздечку схватит. И при этом девушка была вполне миловидная. Русая коса толстая, серые глаза умные, и веснушки на носу. Прикольные.

Добирались до Болоховского на пяти телегах и пролётке, целый «санно-гусеничный» поезд. Санно, потому что один из нанятых возчиков болел энурезом или что с почками у него, но он каждые полчаса останавливался и нырял в придорожные кусты. Одна телега занята самогонным аппаратом, вторая семенами, что Сашка на рынке закупил, в основном мешки с озимой рожью и пшеницей, и с картофелем ещё. Всё это специально в небольших количествах Сашка закупал у всех продавцов, чем вызвал неудовольствие Ксении в очередной раз.

— Чем эта картошка от той отличается, что перед этим купили? Та даже крупнее была.

— А если… — Кох себе мысленно оплеуху со всей силы влепил. Дебил! Давай начни про фитофтору рассказывать и скороспелость, про лёжкость ещё.

— Чего если? — не дождалась продолжения сестра.

— А если этих мелких будет больше в кусте? — вывернулся Сашка.

— Мне тоже не понятно, Александр? — покрутил в руке небольшую картофелину князь. — Больше в кусте. Меньше по размерам. В сумме то на то. Так не горох этот.

Нужно было рассказывать про условия, про удобрения, про скрещивание, наконец. Интересно бы на это было со стороны посмотреть, но на сторону не станешь, вопрос в лоб задан.

— Вам жалко пяти копеек? — классный ответ.

— Хм. То есть, сейчас не скажешь, следующей осенью узнаем, — развеселился Николай Иванович. Он уже устал причудам шурина удивляться.

— Точно, осенью.

Кроме трёх основных культур купили и много всего разного, Сашка, если честно, от 1830 года такого изобилия диковинных овощей не ожидал. Подсолнух был. Семечки продавали в трёх местах, и у двоих если и не огромные были зёрнышки, то и мелкими не назовёшь, обычные семечки из детства Коха, когда их жареными стаканами покупали у бабок на площади или на базаре за двадцать копеек. Или стопочку стограммовую можно было купить за десялик. Купили по мешочку семян у всех троих, опять под мотание головы Ксении. Кукурузы купили два мешка на виски будущий и у разных торговцев опять понемногу на семена. Были у одного мужика баклажаны. У него же были и томаты. Сашка, узнав цену в рублях измеряемую, офигел. Копейку стоит два фунта пшеницы или ржи. А тут два рубля за полтора фунта помидор. И два с половиной рубля за два фунта баклажан. Пять почти рублей. Это же четыреста кило пшеницы. Восемь мешков! Ксения чуть не умерла от жадности.

— Сестрёнка, обязательно надо купить. Не пожалеете. Осенью с огромной прибылью верну.

— Саша, это очень большие деньги, ты не понимаешь! — и крестится, что Господь дурня вразумил.

— Ксения Сергевна, пусть, не обеднеем. Я в Сашу верю, — вступился в очередной раз за Сашку князь.

— А делайте, что хотите.