— Примерно через год после прекращения наших собраний и мы отправили еще одно письмо с предложением создать клуб старшеклассников. Но потом у нас пропал интерес, а вскоре колония была уничтожена.

— А чем вы можете объяснить двойку по аналитической геометрии или незавершенную работу по общественной истории?

Сассинак нахмурилась, пытаясь вспомнить.

— Насколько мне известно, у меня всегда были высшие баллы по математике… Ах да, однажды они опробовали систему всего из двух оценок — «удовлетворительно» (двойка) и «неудовлетворительно» (единица). Так что двойка в данном случае — тот же высший балл. Что касается общественной истории, то не могу ничего припомнить.

— Вот видите! Всего три мелочи, а вы смогли объяснить только две. Но это не важно. Если бы тут была система — например вы постоянно отставали бы по общественной истории, — то это еще могло иметь какое-то значение. А так подобная мелочь ничего не значит, как и большинство подобных расхождений в файлах вашего экипажа. Тем не менее мы должны проверить все — даже такую чепуху, как детский фан-клуб.

На следующей неделе Дюпейниль выявил очередных двоих подозрительных — молодого человека, носившего материнскую фамилию вместо куда более известной отцовской, и выходца из тяжелых миров, выдававшего себя за обычного человека. Сассинак побеседовала с обоими, но ни один из них не обнаружилпсихическойнеуравновешенности, какую проявила девушка-отравительница. Молодой человек утверждал, что поступил во Флот именно с целью избавиться от отцовского влияния, — он даже отказался от дипломатической карьеры, предпочитая добиться всего своим собственным трудом. «Тяжеловес» же откровенно признался, что выглядел по сравнению со своими собратьями настоящим доходягой, те смотрели на него свысока и он скорее нашел друзей среди «легковесов».

— Если бы все кругом знали, что я из тяжелого мира, то опасались бы моей силы. Но я могу выдавать себя за «легковеса», и меня это устраивает.

Нет, я не собираюсь помогать тяжелым мирам расширить их влияние — к чему это мне? Они снобы — дразнили меня слабаком и гнали прочь, словно высшие существа. Так пускай торчат на своих планетах и не мешают мне жить там, где я могу считаться нормальным человеком.

Сассинак обратила внимание, что Дюпейниль вроде бы больше сочувствовал молодому человеку, порвавшему с властным папашей, нежели «тяжеловесу».

Сама она сочла убедительными доводы обоих.

Они уже месяц дежурили в указанном районе, когда их детекторы засекли корабль, идущий вне обычных маршрутов ССП. Его идентификатор и пассивный ответ жучка засвидетельствовали принадлежность к «Генеральной компании торговых линий» («Опять!» — подумала Сасс), но им удалось выделить в пассивном отражении первоначальный код, относящийся к тяжеловесной системе.

И снова «Заид-Даян» приступил к охоте по указаниям ссли, воспринимавшего доступные лишь ему колебания в космическом пространстве, которые оставляла за собой их добыча. И снова вскоре стало ясно, что преследуемое судно направляется в какое-то весьма необычное место.

Глава 15

— Ну и что это такое?

Никто не отозвался на невнятное бормотание штурмана. Сассинак рассматривала на экране идентификационные данные.

— На карте есть пометка… хм… исследователей, — продолжал штурман. — Рикси облюбовали пятую планету — она с этой стороны системы, — а люди высаживались на четвертой, именуемой Ирета.