Марина и Саша переглянулись.

Команда аутсайдеров преобразовалась. Они сжались еще плотнее. Но не просто столпились, а… образовали строй?

В первом ряду оказались четверо полных, неуклюжих и более-менее рослых мальчишек. Вторым рядом встали три мальчика и бойкая девочка. Причем на правом фланге, судя по всему, оказался левша. Бойцы второго ряда одну руку положили на плечо впереди стоящих, вторую зачем-то протянули назад. Совсем мелкая детвора столпилась за третьим рядом. Они стали лепить снежки и вкладывать их в руки впереди стоящих.

Но все это заняло время, да и плотность огня у команды аутсайдеров хромала. Весь первый ряд мгновенно получил по несколько попаданий. Как и положено, ребята выбыли из игры, но не просто сели на задницу, а опустились на одно колено, формально правил не нарушив.

И тут Саша понял замысел. Высокорослый и неуклюжий первый ряд — всего лишь живой щит. Немногочисленные, но очевидно лучшие в команде снайперы второго ряда укрывались от снежков противника и неторопливо выбивали рассеянных по пустырю врагов. Даже не тратя время на лепку боеприпасов.

— «Игра Эндера» какая-то! — улыбнулся Саша.

— Что? — не поняла Марина.

— Да так, не забивай голову.

Тем временем правая группа поняла свою ошибку, но не успела скоординироваться. Кто-то попытался обойти с фланга, кто-то стал метать снежки навесом, создавая что-то вроде минометного огня. Но было поздно. Снайперы из второго ряда выкосили всех, кто был в их зоне поражения, а от бросков более сильных и, как следствие, более дальнобойных противников укрывались за первым рядом. При необходимости смещая его вперед. Для этого и клали одну руку на плечо впереди стоящего.

Костя же наблюдал за происходящим, сложив руки за спиной и расставив ноги на ширину плеч. Периодически недовольно морщился.

— Так нечестно! — закричал кто-то из правой команды. — Читаки!

Игра прервалась. Началось выяснение правил.

— Это что было? — уточнила у мужа Марина

— Это наш контр-адмирал разгромил сельское ополчение, — хихикнул Саша.

Толпа детей что-то гомонила. Обе команды пытались продавить свою трактовку правил.

— А что, если… — Марина не решилась завершить фразу, но муж ее, конечно, понял. Понял и ничего не ответил.

Дети тем временем пришли к какому-то общему знаменателю, снова разошлись на две группы. Костя вновь принялся за инструктаж.

— Я пропустил, они что решили?

— А? — не поняла Марина.

— Ну, можно прикрываться погибшими или нет?

— Не знаю, — отмахнулась Марина. Но и сама с интересом наблюдала за развитием событий.

— Начали! — уже третий раз прозвучал сигнал.

Правая группа на этот раз действовал осторожней. Не кинулась врассыпную, стремясь поскорее выбить как можно больше противников, а неторопливо разбрелась, приглядываясь к действиям оппонентов.

Группа бывших аутсайдеров, напротив, сразу после сигнала рванула в разные стороны. Точнее, в две стороны. Они растягивались цепью вокруг двора.

— Это они их окружают? — уточнила Марина.

— Наверное, — пожал плечами Саша.

Тактика казалось проигрышной. Большая часть левой группы состояла из бойцов младшего возраста, в то время как правые все же были постарше и снежки кидали лучше.

Хитрость стала очевидной буквально через полминуты, когда полетели первые снаряды правой группы. Рассредоточенная по краям пустыря группа жалась к машинам, припаркованным у дома, полукольцом охватывающего пустырь.

Зазвенели первые сигнализации. Сбитые с толку и напуганные мальчишки упустили момент, когда мелюзга рванула в контратаку и выбила часть команды противника.