Сердце Ренна затрепетало. Тревор и его стражники тихо переговаривались.

— Зерцалоликий и его повстанцы зашли так далеко. — Капитан стражи посерел и вытер рот тыльной стороной ладони с таким видом, будто только что проглотил желчь. — Они убили моего друга Керри, изуродовали его, выкололи глаза. Но это… — Тревор покачал головой. — Я не могу поверить, что они оставили это предупреждение так далеко от города.

— Норукайцы амбициозны, — сказал Ренн, пытаясь придумать какое-нибудь объяснение. — Возможно, они угрожают нам с этого направления. Работорговцы могут прийти не только по реке, но и по суше.

— Норукайцы не так опасны, — сказал Тревор, затем тихо добавил: — Или я не прав? Разве их империя настолько велика?

Ренн собрал свое мужество — он не должен ударить в грязь лицом перед какими-то ничтожными стражниками. Он волшебник и возглавляет эту экспедицию.

— Не знаю, да это и не важно. Если мы завладеем знаниями Твердыни и доставим их в Ильдакар, то сможем покоиться под саваном и не волноваться о незначительных внешних угрозах. — У него пересохло в горле, и он тяжело сглотнул. Прищурившись, Ренн продолжил: — Снимите эти головы. Мы не хотим, чтобы повстанцы одержали победу, даже такую маленькую.

Тревор с двумя стражниками сбили шесты, стряхнув головы и нарушив чары сохранения, которые поддерживали их. Гниющая плоть почернела и позеленела, затем поползла с черепов, обнажая зубы. Студенистые глаза ручейками потекли на землю, клочками отслаивались волосы. Повеяло смрадом.

Ренн ухмыльнулся, пытаясь показаться храбрым.

— Мне никогда не нравились норукайцы, и я не слишком расстроен, что некоторые из них потеряли головы. — Он взглянул на Тревора. — Я бы предпочел, чтобы головорезы Зерцалоликого убивали норукайцев вместо невинных граждан… таких, как Керри. Тогда мир станет лучше. — Он захохотал над своей шуткой, затем указал вперед. — В горы! Давайте без лишних слов найдем Твердыню, и тогда сможем вернуться домой.

— Согласен, — сказал Тревор, и стражники одобрительно зашумели. — Она должна быть за следующим горным хребтом. Наверняка она недалеко. Мы и так уже преодолели приличное расстояние.

Стражники забормотали, убеждая самих себя и проникаясь уверенностью капитана. Тревор излучал решительность, и Ренн тоже поверил в лучшее. Они выдвинулись вперед, а когда наступила ночь, разбили лагерь.

«Всего лишь несколько дней, — успокаивал себя Ренн, пытаясь заснуть на холодной твердой земле. — Осталось всего несколько дней».

На следующее утро они продолжили путь в неприступные суровые горы, пытаясь отыскать Кол Адаир.

Глава 42

Ильдакарская ночь казалась спокойнее и тише после отбытия норукайцев, но Никки все равно не спалось. Ее беспокоили кошачьи сны, в которых она была с Мрра, и собственные тревожные мысли. Она лежала на огромной мягкой кровати, которая была невыносимо удобной, и смотрела в потолок, прислушиваясь к ветерку и шепоту невесомых занавесок у открытого окна. В глубине ее разума затаилось почти неуловимое присутствие Мрра. Никки не видела песчаную пуму с тех пор, как они вошли в величественный город, но она знала, что кошка бродит по улицам, держась в тени. Мрра не собиралась покидать ее.

Никки нетерпеливо выбралась из постели и быстро накинула платье, встряхнув распущенные волосы. Она сунула ноги в ботинки и зашнуровала их, а потом пошла по коридорам большого особняка. Мрра была где-то на темных улицах.

Никки волновалась за свою сестру-пуму и хотела, чтобы та ушла из опасного места.