— Да у тебя только пятидесятидолларовая купюра? — пожаловался служитель на заправке. — Господи, Кейдж, это все деньги, что у нас сейчас есть.

— Извини. Это также и все, что есть у меня, и я очень спешу. — Проклятье, ему нужна, ему просто необходима сигарета. Зачем он пообещал Дженни бросить курить?

— Опаздываешь на свидание? — Заправщик сально подмигнул ему. — Сегодня блондинка или брюнетка?

— Я же сказал, я очень…

— Ага, спешишь. Понимаю, понимаю, — протянул тот, снова подмигивая. — Ей неймется или тебе? Ну ладно, давай посмотрим, что можно сделать. — Он заглянул поверх очков в кассу. — Есть двадцать. Нет, наврал, всего лишь десять. Ага, а вот еще пять.

Неужели весь этот чертов город объелся уничтожающих разум наркотиков? Каждый просто блещет интеллектом имбецила.

— Знаешь что, Энди, сохрани-ка при себе мою сдачу — я ее позднее заберу.

— Так не терпится? — Парень задал вопрос, смотря в удаляющуюся спину Кейджа. — Она, наверное, просто что-то!

— И это правда, — проговорил Кейдж, садясь за руль «корвета».

Через несколько мгновений темнота поглотила его сверкающие фары.

Дженни знала, что не следует противиться действовавшей сперва раздражающе тряске автобуса, а постараться позволить телу двигаться в унисон. Так тряска даже убаюкивала. Монотонные движения успокаивали, вводили в сладкое забытье, изгоняя мысли о будущем.

Да и о каком будущем?

У нее его не было.

Хендрены четко дали ей понять, что они думают по этому поводу. В их глазах она была Иезавель, совратившая их святого сына и намеревавшаяся заставить свернуть его с пути истинного, забеременев от него.

Жалящие слезы накатили на глаза, однако она не дала им волю. Дженни закрыла глаза и откинула голову на подголовник, надеясь уснуть. Однако это оказалось невозможным. Разум ее находился в смятении, да еще и рядом сидящие пассажиры внезапно стали очень шумными и подвижными.

— Вы только посмотрите на него.

— Маньяк.

— Водитель его видит?

— Что он себе думает? Это что, Инди-500?

Заинтересовавшись, что так могло привлечь их внимание, Дженни выглянула в окно. Сперва она ничего там не увидела, кроме своего отражения в стекле и непроницаемой мглы вокруг. Потом ей удалось разглядеть спортивную машину, мчавшуюся параллельным с ними курсом, в угрожающей близости от огромных колес междугороднего автобуса.

— Да он точно чокнутый, — услышала Дженни чей-то невнятный шепот, ее глаза изумленно расширились, а рот приоткрылся — она, несомненно, узнала его.

— О нет, — прошептала она.

— Внезапно сидящие в автобусе ощутили сильный толчок — водитель неожиданно ударил по тормозам и припарковался на обочине.

— Дамы и господа! — произнес он в микрофон, укрепленный рядом с рулем. — Прошу прощения за задержку, однако я вынужден сделать незапланированную остановку. Несомненно, это пьяный водитель, который хочет вытеснить нас с трассы. Я попытаюсь поговорить с ним, иначе его безумство грозит нам всем смертью. Не волнуйтесь. Мы скоро продолжим следование по маршруту.

Несколько пассажиров перегнулись через спинки сидений, чтобы лучше видеть. Дженни же, напротив, вжалась в свое, ее сердце гулко забилось. Водитель открыл автоматические двери автобуса и собрался покинуть свое место. Однако прежде, чем он успел это сделать, «сумасшедший» забрался в автобус.