Она наклонила голову и прижала руки к животу.

— Нет. Это было прекрасно, замечательно. Я благоговею при мысли о ребенке. Благоговею и склоняю голову перед таким чудом.

— Тогда сохрани это ощущение. Возвращайся в Ла-Боту со мной. Роди этого чудесного ребенка и смотри свысока на всех, кому это не понравится.

— Даже на твоих родителей?

— Их реакция на твои слова сегодня была всего лишь механическим ответным рефлексом. Они, несомненно, еще одумаются и примут тебя.

Задумчиво она уставилась в ночную тьму:

— Полагаю, ты прав. Я не смогу найти будущее для себя и ребенка. Я должна его сотворить сама. Правильно?

Он усмехнулся и одобрительно показал большой палец:

— Лучше и не скажешь.

— Ах, Кейдж, — вздохнула Дженни, опуская руки. Она внезапно ощутила, что силы полностью ее покинули. — Как я тебе благодарна.

Кейдж повернулся к ней, скрипнув ботинками по гравию. Обняв ее, он провел пальцами по ее скулам.

— Все стало бы значительно проще, если бы ты вышла за меня замуж. У ребенка бы появился папочка, и все стало бы ясным, красивым и абсолютно законным.

— Я не могу, Кейдж.

— Точно?

— Точно.

— И это не последний раз, когда я прошу тебя об этом.

Она ощутила горячее и сладкое дыхание его губ, прежде чем они ее коснулись. Кейдж нагнулся и с мягкой настойчивостью поцеловал ее.

Как и прежде, его губы были полураскрыты и влажны. Однако в отличие от предыдущего поцелуя на этот раз его язык коснулся ее. Всего лишь кончиком. Всего лишь мимолетное прикосновение, которого, однако, оказалось достаточным, чтобы у нее перехватило дыхание и яростно забилось сердце. Достаточным, чтобы в ее груди мгновенно родилось соблазнительное влечение.

Кейдж неторопливо лизнул ее язычок. Еще раз. Внезапно он оторвался от нее, оставив в ожидании, поселив смутное ощущение неудовлетворенного желания. Когда он сделал шаг и взял ее за руку, намереваясь проводить к машине, Дженни ощутила неприятный холодок, будто ее внезапно лишили лихорадочного тепла его тела.

Кейс попытался, насколько это было возможным, пристроить чемоданы за сиденьем «корвета».

— Прежде всего нам следует найти тебе жилье, — заметил Кейдж, когда они были на полпути к их родному городку.

Каким-то образом ее рука оказалась на его коленях.

— У тебя есть идеи? — туманно поинтересовалась она.

— Ты можешь перебраться ко мне.

Их взгляды встретились. Его был вопрошающий и молящий, ее — сдержанный и скромный.

— Какие еще будут предложения?

Он усмехнулся, не падая, однако, духом.

— Думаю, нам удастся чего-нибудь придумать с Рокси.

Глава 8

— Рокси Клеммонс? — изумленно пробормотала Дженни, отдергивая руку назад.

— Ага. Ты ее знаешь?

Только по слухам, мелькнула у нее подленькая мыслишка. По слухам о ней как об одной из постоянных пассий Кейджа.

— Я слышала о ней. — Дженни отвернулась и с подчеркнутым вниманием уставилась в окно. Она почувствовала горечь разочарования и отчаяния.

Но ведь он целовал ее так нежно, так чувственно, так, будто между ними были отношения. Его объятия казались такими согревающими, она ощущала себя в такой безопасности, погружаясь в них. Дженни начинали нравиться его прикосновения, они доставляли ей даже еще больше наслаждения, чем его поцелуи. Однако получается, что он всего лишь вел себя с ней так, как и с сотней ей подобных. Его поцелуи могли пробуждать в ее сознании фейерверк чувств и эмоций, оставаясь для него лишь обычным упражнением.