— Пригласи меня сегодня вечером.

— Нет.

— Ты живешь в своей новой квартире уже три недели, а я был приглашен ровно два раза.

— И это в два раза больше, чем ты заслуживаешь. Ты оставался слишком долго и вел себя неподобающе. — Господи, пусть он прекратит так целовать ее шею. Боже, ей было так хорошо. — Люди часто видят нас вместе, уже пошли разговоры.

— А что им еще обсуждать? Сейчас не футбольный сезон.

— Неужели ты не понимаешь? Когда моя беременность станет очевидной, все решат, что… — Она не закончила.

Кейдж поднял голову и внимательно на нее уставился:

— Что же все решат?

— Что это твой ребенок, — ответила она, уткнувшись в воротник его рубашки, не в силах взглянуть ему в глаза.

— И что в этом такого ужасного? — Его голос звучал так же серьезно и эмоционально, как и ее.

— Я не хочу, чтобы тебя обвиняли в том, к чему ты на самом деле не причастен.

— Я скорее склонен рассматривать это вовсе не как обвинения. Я почту за честь быть отцом твоего ребенка.

— Но это неправильно, Кейдж.

— Меня часто обвиняли в том, что я на самом деле не совершал. Люди всегда будут думать по-своему. Если уж все так решат, сложно будет переубедить их в обратном.

— Я в это не верю.

— А разве ты сама не думала, что Рокси была моей любовницей?

— Нет!

— Ты чертовски плохо умеешь лгать, Дженни, — усмехнулся он. — Ты даже назвала ее «одной из моих подстилок». Ты думала, что у нас были отношения. Именно потому ты дулась на меня всю дорогу домой в ту ночь, когда я вытащил тебя из этого автобуса.

— Если я и дулась на тебя, так потому, что не привыкла к тому, что меня похищают маньяки, у которых хватает наглости останавливать междугородний автобус и ссаживать добрых людей с рейса.

Вспышка ее темперамента восхитила его.

— Господи, ты такая забавная. — Кейдж поцеловал ее в кончик носа. — Однако тебе не удастся отклониться от темы. Ты же думала, что у нас что-то есть с Рокси, так?

— Ладно, но ты не можешь меня в этом обвинять, — защищаясь, пробормотала Дженни. — Ты же не мог оторвать от нее рук.

Он обнял ее, крепко прижав к себе ее грудь, на которой покоились в данный момент его руки.

— Я не могу оторвать рук и от тебя, однако мы оба знаем, что это вовсе не доказательство того, что люди спят вместе.

Она ощутила еще более сильное волнение.

— Что только возвращает меня к исходной точке нашего спора. Ты не должен меня постоянно трогать. — Ее голос показался неубедительным даже ей самой.

— Тебе не нравится, когда я к тебе прикасаюсь?

— Да кому это может не понравиться? Кому может не понравиться, когда его большие пальцы ласково поглаживают полушария ее грудей, а остальные нежно массируют ребра?

— Вот мне уж точно нравится тебя касаться, — прошептал он, сцепив руки у нее за спиной и прижав к себе покрепче для еще одного поцелуя, которому она была не в силах противиться. — Пригласи меня на ужин, Дженни. Что плохого в том, что мы вместе у тебя поужинаем?

— Потому что, если Кейдж Хендрен ужинает с девушкой в ее доме, это автоматически подразумевает под собой нечто большее, чем просто прием пищи.

— Их губы продолжали ласкать друг друга, то сплетаясь, то вновь расходясь, чтобы перевести дыхание.

— Слухи.