— Почему? — Его янтарные глаза притягивали ее как магнит. Дженни слегка наклонилась к нему.

— Потому что я все еще думаю о том, как ты выглядела бы без одежды.

Ее просто неудержимо влекло к нему, однако ей удалось проявить силу воли и вовремя оторваться от него мысленно и физически. Дженни скрылась за дверями кухни.

— Мне надо проверить ужин.

— А что у нас будет? Пахнет восхитительно.

Он вошел в кухню как раз вовремя, чтобы увидеть, как она склонилась, проверяя стоящее в духовке блюдо. Эта соблазнительная картинка полностью захватила его внимание и возбудила совершенно далекие от кулинарных аппетиты.

— Тушеные свиные ребрышки, спаржа под соусом голландез… Ты любишь спаржу?

Он кивнул, и она облегченно вздохнула.

— Картошка с петрушкой и сливочным маслом, горячие булочки и мороженое «Милки Уэй».

— Ты шутишь? Мороженое «Милки Уэй»?

— Нет, я совсем не шучу, и я заплатила за «Милки Уэй»!

Кейдж проигнорировал ее язвительное замечание и вошел в кухню. Как только она поставила противень с булочками в духовку, он взял ее за руки и притянул к себе, буквально пожирая глазами.

— Стараешься произвести на меня впечатление?

— Почему ты меня об этом спрашиваешь?

— Ты потратила столько времени на готовку и все остальное. — Он поймал прядь ее волос и принялся накручивать на свой указательный палец. — Почему, Дженни?

— Мне нравится готовить. — Она словно загипнотизированная смотрела, как он поднес ее локон к своим губам и поцеловал, близко к ней наклонившись. — И… и… м-м-м, знаешь, твои родители не любили экспериментов. Мне нравится пробовать новые рецепты, однако они всегда хотели есть то же самое, что…

Его губы прервали ее нервную речь поцелуем.

— А мне дозволено выбрать десерт? — нежно прошептал Кейдж, отпуская ее губы.

— Нет.

— Тогда я выбираю тебя, — ответил он, не обращая внимания на ее отрицание. — Слаще тебя не найти.

Кейдж приблизился к ней, оттеснив ее вплотную к столешнице так, что она очутилась в ловушке. Он сжал ее в страстных объятиях, не оставлявших сомнений в том, кто здесь женщина и кто здесь мужчина. Мгновение спустя она бесстыдно отвечала на его ласки, ее руки скользили по его спине. Их объятия длились до тех пор, пока запах печеных булочек не заполнил маленькую кухню.

— Кейдж, — задыхаясь, прошептала Дженни, стараясь вдохнуть побольше воздуха, чтобы справиться с гулом в ушах. — Булочки сгорят.

— Кого, черт возьми, это волнует? — пробормотал он, целуя ее в шею.

— Меня. — Она оттолкнула его. — Мне пришлось тяжко потрудиться, чтобы их приготовить.

Он вздохнул и сделал шаг назад, давая ей возможность вынуть булочки из духовки.

— Ты не возражаешь, если я сниму пиджак?

— Тебе жарко?

Он приподнял золотистую бровь:

— Горячо, Дженни, дорогая, очень горячо.

Через несколько секунд Кейдж, уже в рубашке, присоединился к ней за столом.

— Выглядит очень вкусно, — заметил он, усадив сперва Дженни, а потом уже сев сам.

Она разложила еду по тарелкам и с тревогой ожидала его вердикта после того, как он попробовал первый кусочек.

— Замечательно. Даже лучше, чем обычно готовит моя мама, — высказал, наконец, свое мнение Кейдж.

Довольная, она улыбнулась и сама приступила к еде.

— Ты видел их, Кейдж?

— Кого? Ах, матушку и отца? Нет.