Loading...
Изменить размер шрифта - +
В это время дня развалины казались романтичными, каждый камень дышал историей. Вокруг стоял сладкий аромат цветка, распускающегося по ночам, который Мия так и не идентифицировала.

- Мне кажется, вам надо прийти, - сказал Джамал, и Мия наконец-то обратила внимание на его тон. Она резко обернулась. В сумерках чужой планеты лицо Джамала было словно вырезано изо льда.

- Он заразился. - Мия даже не сомневалась в этом. Вирус передается не только внутриутробно, это не ретровирус медленного действия, и если Лолимел переспал с Эсефеб… Но он ведь не настолько глуп. Он врач, его предупреждали…

- Мы ведь так мало на самом деле знаем об этой болезни! - не выдержал Джамал.

- Как всегда, - ответила Мия, и слова засохли на губах, словно соль.

 

Лолимел стоял посреди разрушенного атриума и хихикал над чем-то, что видел только он. Кенни могла бы сделать все и сама. Она кивнула Мие, и та поняла: Кенни чувствовала, что между Мией и молодым врачом возникло определенное взаимопонимание. Лекарство было непроверенным, может быть, не таким уж безболезненным; можно ли решиться применить определенные яды селективно к некоторым центрам мозга? Результат не гарантирован, ведь существует еще и гематоэнцефалический барьер.

Мия заставила себя спокойно подойти к Лолимелу.

- Над чем ты так смеешься, Лолимел?

- Сколько на полу песчанок, и все ползут по прямой линии! А я раньше никогда голубых песчанок не видел.

Песчанки. Она вспомнила: ну да, Лолимел родом с Нового Карфагена. Песчанки всегда красного цвета.

Лолимел спросил:

- А почему у тебя из головы растет дерево, Мия?

- Я использовала сильное удобрение, - ответила она. - Лолимел, ты спал с Эсефеб?

Молодой человек был искренне шокирован.

- Нет!

- Хорошо. - Может, правда, а может, нет.

Джамал прошептал:

- Имеем шанс изучить галлюцинации на примере человека, способного четко артикулировать увиденное…

- Нет, - прервала его Кенни. - Время очень важный фактор… - Мия поняла, что Кенни никак не может сказать слово "для лечения".

Лолимел вдруг понял:

- Я? Вы хотите… меня? Со мной все в порядке!

- Лолимел, дорогой… - начала Мия.

- Я ничего не подцепил!

- А на полу нет никаких песчанок, Лолимел…

- Нет!

Охрана была предупреждена, и Лолимел не смог выбежать из атриума. Охранники крепко держали его, а он кричал и вырывался, пока Кенни прилепляла ему на руку пластырь с транквилизатором. Через десять секунд Лолимел отключился.

- Хорошенько привяжите его, - тяжело дыша, сказала Кении. - Дэниел, как только все будет готово, включай мозговую бормашину. Все остальные - упаковывайте вещи и закрывайте базу на карантин. Мы не имеем права рисковать людьми. Действуем в соответствии с разделом одиннадцать.

Одиннадцатый раздел: "Если командир Медицинского корпуса считает, что степень риска для членов Корпуса превышает степень возможной выгоды для колонистов в три и более раз, командир имеет право отозвать Корпус с планеты" .

Мия впервые видела, чтобы Кенни приняла такое решение, не посоветовавшись с остальными.

 

Прошли сутки. Мия в сумерках сидела рядом с Лолимелом. Шаттл уже забрал большую часть людей и оборудования. Лолимел должен был улететь последним рейсом, потому что, если бы он умер, его тело оставили бы на планете. Кенни не говорила этого, но все и так понимали. Лолимел не умер. Он бился в бессознательных судорогах, лицо его искажали гримасы боли (Мия с трудом могла его узнать), у него была нарушена деятельность основных систем: пищеварительной, лимфатической, эндокринной и парасимпатической нервной. Все это фиксировалось мониторами. Но он должен был выжить. Другие не знали этого, это знала только Мия.

- Мы готовы забрать его, Мия, - сказал молодой техник.

Быстрый переход