|
Но ведь за недвижимость заплачено, а это означает, что откуда-то к ним на счет поступили средства. Если проследить путь этих денег, то можно кое-что узнать. Я наугад выбрала одну из сделок: корпорация “Городская недвижимость” выкупает закладную на землю у “Первого Банка Кассиопеи”, и начала поиск. Я открыла счет в этом банке, купила одну их акцию и затребовала ревизии операций за интересующий меня день для проверки защищенности моих сбережений. У меня есть программа, которая делает подобные вещи автоматически и дает правильные ответы на все вопросы банковской системы защиты. Тем временем я занялась некоторыми незаконными манипуляциями, чтобы перехватить нужную информацию. В результате через двадцать минут у меня была копия лицевого счета корпорации “Городская недвижимость” в “Коммерческом Банке Эпиметея”. Эта информация представляет большой интерес, так как мне точно известно, что “КБЭ” не занимается внутрибанковским перемещением денег с одного счета на другой. А это, в свою очередь, означает, что счета фиктивных корпораций открыты в разных банках. Если у вас есть номер интересующего лицевого счета, дальше все пойдет гораздо легче. Мне потребовалось всего десять минут, чтобы выйти на записи операций по нужному счету в “КБЭ”. Естественно, это – абсолютно незаконные действия. Большинство банковских систем защиты информации просто жалки. Они производят так много межбанковских операций, что всегда есть дюжина способов, чтобы пройти сквозь них. Кроме того, существует десяток законных оснований на доступ к информации: банкротство, судебные разбирательства, – да что угодно, поэтому банки и не заботятся об особой секретности. Это, естественно, касается только информации. Попробуйте, троньте их деньги без уполномоченного и вы сразу почувствуете разницу. Итак, я получила доступ к перечню операций по интересующему меня счету. У “Городской недвижимости” оказался бездействующий счет – его баланс равнялся нулю. Счет существовал в течение тридцати двух дней. За это время деньги три раза депонировались и три раза снимались в соответственно равных суммах. Короче говоря, некто переводил деньги за пару часов до начала покупки недвижимости, и каждый раз времени хватало на весь процесс совершения сделки: от самого вклада до регистрации заключительного договора. Возникает вопрос: откуда поступали эти депозиты? Работать становилось все сложнее. Мне показалось, что за мной следит одна из банковских программ. Система защиты, в которую я внедрилась, не будет вечно бездействовать, но я продолжала поиск. Третий вклад поступил с личного счета Поли Орчида в “Первом Банке Кассиопеи”. Это весьма интересно, но не очень-то полезно, пока я, в конце концов, не начну за ним настоящей погони. Я лишь внесла номер счета в свой компьютер и продолжила поиск. Два других вклада поступили с закодированного счета в “Городской Трастовой Компании”. Я зарегистрировала и это, а потом быстро отключилась. Подождав минуту, чтобы дать системе возможность очиститься и оторваться от преследователей, снова подключилась, но на этот раз уже при помощи электронной системы, встроенной мне в мозг: закодированные лицевые счета обычно имеют мощную систему защиты. Я понимала, что не смогу узнать имени вкладчика: оно содержится в особо скрытых и хорошо охраняемых файлах, и чтобы прорваться через блок защиты, мне пришлось пойти на большой риск. Именно это большинство людей и сделало бы, поэтому программы особенно старательно охраняют имена вкладчиков. Я поступила проницательно: мой подход был не слишком сложным, просто менее очевидным. Я прочитала отчеты о сделках, копии которых пересылаются клиентам, пытаясь найти адрес, где приняли один из отчетов с интересующего меня счета. |
