Он дал себе слово больше никогда не приезжать сюда летом. Состоятельные новоорлеанцы все равно проводили это время года за городом.

Устало вздохнув, он выпрямился и отошел от зеркала. Он задержался дольше, чем предполагал, но прохладный полумрак этого места ослабил его головную боль. Может быть, он страдает не столько от травм, сколько от жары.

В коридоре было темно. Когда он входил в уборную, лампы горели. Теперь кто-то погасил их. Он должен будет поговорить с хозяином театра, чтобы рабочие сцены не уходили, пока актеры не покинут театр. Он осторожно пошел вперед, держась рукой за стену.

Вдруг до него долетели какие-то странные звуки: возня, удары, глухой стук падения, чье-то тяжелое дыхание. Он остановился, заморгал глазами, вглядываясь в темноту и сомневаясь, не в его ли зрении все дело.

– Шрив!..

Голос Миранды, громкий, испуганный, оборвался. Происходило что-то ужасное. Шрив рванулся вперед. Дверь их гримерной была распахнута, и в темноте он ударился об нее. Зашатавшись, он ухватился за веревку, на которой висели декорации, и только так удержался на ногах.

Света по-прежнему не было! Лампы в гримерной тоже не горели. Неудивительно, что он потерял ориентацию.

Тяжелые шаги раздались в коридоре; кто-то шел очень быстро, но все-таки не бежал. Он должен был перехватить незнакомца. Никто не знал расположения помещений театра лучше, чем он. Но не успел он сделать и двух шагов, как голова у него закружилась. Пошатнувшись, Шрив зацепился за что-то на полу и упал на руки.

– Стой! Помогите! Помогите! Воры! Убийцы! Голос, который слышали на верхних ярусах балконов всех театров мира, долетел до двери, выходившей на сцену. В этот момент дверь распахнулась, и на ее фоне стал виден силуэт мужчины с тяжелой ношей на плече.

– Миранда! Ноша зашевелилась.

Похищение. Кто-то похитил ее. Шрив вскочил на ноги.

– Миранда!

Дверь на сцену захлопнулась. В этот момент открылась дверь находившейся рядом гримерной.

– Что случилось?

Свет, благословенный свет полился в коридор. Джерольд, второй ведущий актер труппы, высунул голову из-за двери. На нем ничего не было, кроме обмотанного вокруг бедер полотенца.

– Миранду похитили!

– Что? Ты уверен?

– Что случилось? – Из-за спины Джерольда прозвучал взволнованный женский голос. – Кто выключил свет?

Шрив не стал тратить времени на объяснения.

– Вызовите полицию!

Секундное колебание, потом Джерольд кивнул.

– Сейчас, только надену штаны. Шрив бросился к двери.

– Помогите! Полиция!

В стоявшем в конце аллеи экипаже закрылась дверца. Шрив помчался к нему, но кучер хлестнул кнутом по спинам лошадей. Они рванулись с места.

– Помогите! Убивают! – Шрив побежал следом.

В экипаже де ла Барка открыл окно и скомандовал кучеру:

– Поезжай через пустыри и как можно быстрее, Потит.

– Такой путь будет дорого стоить, – ответил тот, наклонившись к окну.

– Я же сказал, что умный парень может много заработать на этом деле, – возразил де ла Барка.

– На помощь! На помощь! – Голос Миранды, заглушенный тканью мешка, тем не менее прозвучал внутри экипажа довольно громко.

– Молчать! – Де ла Барка попытался зажать ей рот через грубую мешковину.

Отчаянно извиваясь, Миранда сумела высвободить руку из мешка. Продолжая кричать, она проделала отверстие в мешке побольше и вытащила вторую руку.

– Сиди спокойно! – Де ла Барка всем телом навалился на нее.

Она вскрикнула, оказавшись на полу. Свободным концом веревки де ла Барка обмотал одну ее руку. Она мгновенно спрятала другую под мешок.