Они спустились на причал. Миранда держалась сзади. Когда они свернули к гостинице, она пошла рядом со Шривом, взяв его под руку.

– Ты в порядке?

Он не ответил. Его лоб был покрыт капельками пота, сухожилия на шее были напряжены, но лицо оставалось спокойным. Когда им по дороге встретился прохожий, губы Шрива дрогнули в слабой улыбке. Самым трудным оказалось одолеть ступеньки на веранде. Он поднялся на одну, потом остановился, пошатываясь, будто собирая силы для дальнейшего подъема.

– Подожди, – шепнула ему Миранда. – Я позову Майка и Джорджа.

– Нет. – Он сделал еще шаг. Потом еще один. Семь шагов были как семьдесят, но наконец он одолел их.

– Ты не сможешь подняться по лестнице, – тихо сказала девушка. – Позволь мне позвать их.

– Нет. – Шрив был настроен решительно. Он чувствовал, что этот опыт будет полезен ему как актеру. Он уже начал смотреть на себя как бы со стороны. Боль – как с ней лучше справиться? Усилия – какие мышцы он должен задействовать, чтобы заставить тело двигаться? Терпение – о чем он должен думать, чтобы оставаться в сознании?

Холл был пуст. Шрив стоял у подножия лестницы, машинально считая ступени. Пятнадцать. В два раза больше, чем на веранде. Высоко подняв голову, он начал подъем.

– Зачем ты это делаешь? – спросил надоедливый голос рядом с ним.

Он упрямо тряхнул головой.

– Я должен.

– Я пойду за помощью.

– Нет. – Но она пошла. Он слышал, как она начала стучать в дверь. Этот стук ударами колокола отдавался у него в голове. Шрив сделал еще шаг.

Рядом с ним вдруг оказался Джордж, босые ноги торчали из-под его ночной рубашки.

– Осторожнее с правой рукой.

Но предупреждение Миранды опоздало. Джордж схватил Шрива как раз за правую руку, и тот сразу же потерял сознание.

Когда он пришел в себя, у его постели сидела Миранда. Яркий утренний свет лился в окно комнаты. Джордж и Майк стояли рядом. Шрив облизнул губы.

– Доброе утро.

Все трое хмуро посмотрели на него. Майк пожал плечами.

– Уже полдень.

Выражение их лиц встревожило его. Он неловко сел. Рука болела, но боль была вполне терпимой.

– Я серьезно ранен?

– Доктор наложил швы.

– Швы. Значит, все оказалось хуже, чем я предполагал.

– Ты разорвал мышцу, когда вытаскивал нож, – объяснил Джордж. Кожа вокруг его рта приобрела землистый оттенок. – Если ты собираешься обсуждать это, я лучше уйду.

Миранда поднесла стакан с водой к губам Шрива. Он придержал его левой рукой и с жадностью выпил.

– Тогда не будем говорить об этом. – Он откинулся на подушку и с беспокойством посмотрел на присутствующих. – Что случилось?

Майк пожал плечами.

– Нам было сказано, чтобы мы не возвращались.

– Сам Коннел О'Тул, – передразнил Джордж ирландское произношение капитана, – отказывается от наших услуг. Возмутители спокойствия в «Алмазной королеве» ему не нужны.

– Я не сделал ничего предосудительного, – возразил Шрив.

– Ты обыграл на сотню долларов его лучшего клиента, – заметил Майк. – Черт возьми, Шрив! Когда какой-то идиот начинает проигрывать по-крупному, почему ты не сматываешься? Ты мог бы понять, что это один из здешних завсегдатаев.

Шрив отвел глаза, поглаживая раненую руку.

– Я выигрывал и у других тоже.

– Надеюсь, нам хватит этих денег надолго, – сказал Джордж.