К чему опять это упоминание о «ближайших нескольких днях»? Может быть, дела не позволяют ему задерживаться дольше? В этом случае она прервет свой отдых на острове и вернется с ним в Лондон. Все равно ей здесь нечего без него делать. Она просто не может жить без него, и точка.

— Давай позаимствуем у Эдуардо катер и съездим на другую сторону острова. Насколько я помню, там полно укромных местечек, — предложил Норман, когда они насытились фруктами. — Если, конечно, ты не предпочитаешь тащиться туда через лес. — Он намазал сливочным маслом ломтик хлеба и протянул ей. — Пляж возле дома недостаточно пустынный для того, что я имею в виду.

Алисия тут же догадалась, что он подразумевает. В горле пересохло, сердце бешено заколотилось. Рядом с Норманом она находилась в состоянии постоянного возбуждения.

Хлеб выпал из ее внезапно ослабевших пальцев. Норман переставил поднос на пол и заглянул в огромные выразительные глаза.

— Я знаю, — тихо произнес он. — Знаю. — Норман приподнял изящную женскую ступню, которую доселе прижимал своей ногой, и стал перебирать губами маленькие пальчики.

— Пожалуй, я бы не прочь навечно поселиться на острове, — протянула Алисия, удобнее устраиваясь на мягких подушках плетеного стула.

Официант расставлял перед ними на столе чашечки из хрупкого фарфора и серебряный кофейник, а она смотрела на Нормана.

Он в это утро выглядел особенно обаятельным — просто глаз не оторвать. За последние пять дней его кожа заметно посмуглела, темные волосы утратили форму и нуждались в уходе парикмахера. Но ей он так нравился даже больше. Густой загар и растрепанная шевелюра в совокупности с небрежным нарядом, состоявшим из облегающих белых брюк и черной рубашки без воротника, расстегнутой до самого пояса, придавали Норману пиратский вид, волновавший ее до умопомрачения.

С другой стороны, меня все в нем волнует, думала Алисия. Официант отошел от стола, и она улыбнулась Норману. Такой счастливой она еще никогда в жизни не была. Никогда в жизни не чувствовала себя такой женственной, такой сексуальной и такой несказанно удовлетворенной!

— А в чем загвоздка? У тебя уже есть один. — Норман улыбнулся в ответ, но взгляд его был настороженным.

Алисия наблюдала, как он сосредоточенно разливает кофе, и прокручивала в голове его слова. Поведение любимого приводило ее в замешательство. Он не сделал ей предложения, не признался в любви, но каждое его прикосновение, каждый взгляд говорили о том, что она ему далеко не безразлична. Даже вообразить было нельзя, чтобы они когда-нибудь расстанутся, но и поверить в то, что они с Норманом останутся жить в этом раю, тоже невозможно. Слишком уж идеальный вариант!

Благодаря Леону, завещавшему ей солидное наследство, ни одному из них теперь нет нужды работать. Но ведь у Нормана чудовищно развито чувство собственного достоинства, он даже мысли не допустит, чтобы жить за ее счет. Уже не впервые пожалела она о том, что отчим не удосужился разделить состояние между двумя приемными детьми.

Однако мы можем проводить на острове отпуск, праздно рассуждала Алисия, нежась в атмосфере самого роскошного отеля в Фуншале. Они сидели на открытой террасе, перед которой стелились ухоженные газоны. Тут и там стояли кадки с цветущей растительностью. Раскидистые кроны деревьев создавали прекрасное обрамление для лежащей внизу естественной гавани, где швартовались яхты богачей.

Когда Норман предложил утром съездить в Фуншал — ему требовалось позвонить в несколько мест, а с острова сделать это было невозможно, — она охотно согласилась.