Серж долго стоял, любуясь ее восхитительным профилем, не веря, что она в его комнате, в его жизни. Ему до невозможности хотелось раздеть ее, лечь рядом, осыпать поцелуями, замучить в горячих объятиях… Словом, осуществить наконец заветную мечту.

Но он даже больше ни разу не прикоснулся к своей очаровательной гостье. Слишком сильно дорожил ее доверием, слишком долгую совместную жизнь хотел с ней прожить.

Он решил не снимать с нее одежды, чтобы не разбудить. Лишь прикрыл Джун пледом и вышел.

В душе Сержа теснилось много новых и немыслимо приятных чувств. Ему не терпелось дождаться пробуждения Джун и высказать ей все, что он уже начал было говорить, когда она уснула.

Им не имело смысла продолжать жить друг без друга, они друг в друге нуждались. Серж ощущал, что черпает в Джун странные, почти волшебные силы, подвигающие его на благородные поступки.

Он подумал, что может провести ночь на диване в гостиной, но понял, что все равно не уснет, и прошел в кухню, где, мечтая и строя чудесные планы на будущее, просидел до утра.

Серж воображал, как удивится и обрадуется его мать, когда узнает, кто станет ее невесткой.

Представлял сияющую физиономию деда в момент знакомства с Джун и многозначительную улыбку Люка, получающего приглашение на свадьбу. Ему грезились безоблачные дни и жаркие ночи с Джун, совместные поездки, праздники, будни, и на душе от этого пели райские птицы…

Он очнулся, когда раздался телефонный звонок. За окном уже вовсю светило солнце. Часы показывали без четверти девять.

Серж пулей вылетел в прихожую, испугавшись, что трезвон разбудит Джун.

— Слушаю, — выдохнул он в трубку.

— Здорово, приятель! — послышался бодрый голос Люка. — Ты что, вернулся с утренней пробежки? Почему пыхтишь как паровоз?

Серж перевел дыхание и опустился на стул у стены.

— Хотел побыстрее взять трубку.

— Ждешь важного звонка? — полюбопытствовал Люк. — От Джун?

— Да нет, Джун у меня. Она спит, и я побоялся, что звонки ее потревожат, — произнес Серж, выгибая шею и заглядывая в коридор, соединяющий холл со спальней. Дверь спальни была закрыта.

— Ого! — Люк присвистнул. — Быстро ты ее обработал. А еще три дня назад изнывал, забивал себе голову разной ерундой. Что ж, молодец! Поздравляю!

Слова друга показались Сержу настолько не соответствующими его возвышенному отношению к Джун, что он вспылил:

— Поздравлять меня не с чем! И пожалуйста, поосторожнее в выражениях. Никого я не обрабатывал! Джун спит в моей спальне, на моей кровати, но одна, ясно тебе?

— Эй-эй! Потише! — воскликнул Люк оторопело. — Что это с тобой сегодня? Не выспался?

Серж провел по лицу рукой, сознавая, что зря погорячился. Грубоватые словечки в их разговорах с Люком считались почти что нормой.

И он прекрасно понимал, что друг никоим образом не желал выказать своего пренебрежения к молодой женщине. Скорее просто порадовался за них, вот и все.

— Признаться, я вообще сегодня не ложился, — пробормотал Серж извиняющимся тоном. — Просидел всю ночь в кухне, мечтал о прекрасном будущем.

— С Джун, разумеется? — поинтересовался Люк — Угу.

— Ты уже объяснился ей в любви?

Приятель тихо засмеялся.

— Попытался было. Вчера, поздно вечером.

Но она, представь себе, ничего не услышала… заснула у меня на плече. — Серж вспомнил прекрасное лицо спящей Джун и почувствовал, что ужасно соскучился по ней, как будто не видел не несколько часов, а целый год.