— Чарльз? Ты уверена, что это был Чарльз? — Джейсон хватал ртом воздух, как утопающий, но стоило Элисон сделать еще шаг, он перекинул через перила другую ногу с криком: — Не подходи! Я прыгну! Не видишь разве, что это всерьез?

— Хорошо, Джейсон. Успокойся. Видишь, я уже отошла. — Но она только притворилась, что отступает.

Джейсон опять разрыдался, бормоча:

— Чарльз… мой повеса, мое проклятие, мое лекарство, мой папочка, мой любимый.

— Ах! — выдохнула, подавшись вперед, Жюстина.

— Джейсон! — изумилась Элисон. — Ты говоришь, что Чарльз — твой отец? И при этом любовник?

Джейсон обратил к ней лицо, выражающее глубокую ненависть к себе самому, и отпустил перила. Но Элисон успела схватить его за воротник пиджака и перегнулась вдвое, из последних сил удерживая самоубийцу над бездной.

— Глупец! — процедила она сквозь зубы. — Разве ты не знаешь, кто я? Не знаешь, чем я пожертвовала ради тебя?

В скопе произошли изменения — теперь там боролись две Элисон и два Джейсона.

— Интерактивное вмешательство, — объяснил Самсону Виктор. — Я сделал так, чтобы Жюстина могла посмотреть несколько поворотов сюжета вместо одного.

Две Элисон, напрягаясь, держали двух рыдающих Джейсонов.

— Ничего ты не понимаешь! — выкрикнул один Джейсон. — Чарльз мой отец, но не мой любовник. Он моя жертва. Я его изнасиловал. — С этими словами он вывернулся из пиджака и стал падать вниз головой на стадион, где, как вдруг оказалось, шли какие-то состязания, горели прожекторы и на нижних рядах трибун сидели болельщики. Элисон с пиджаком в руках отлетела назад, оставив другую пару на первом плане.

— Ой! — вскрикнула Жюстина, деликатно приложив руку к груди. Может, у нее там переживальник для более интенсивного восприятия, подумал Самсон. Между тем первый Джейсон все никак не мог долететь до земли, и перед ним, как водится, проходила вся его жизнь. Ключевые сцены и целые эпизоды струились из него лентами. Заинтересованные зрители могли растянуть это падение на пару недель и пронаблюдать его печальную биографию во всех подробностях. Самсон отвернулся. Он и раньше никогда не смотрел эту муть, не хватало еще последний свой час на нее потратить.

Джейсон наконец приземлился — да не куда-нибудь, а на мат для прыжков с шестом. Весь в синяках, но без переломов, он мог и дальше дурачить публику.

— Просто слов нет. — Самсон посмотрел на Жюстину — она была счастлива; посмотрел на Виктора — тот ему подмигнул.

Тем временем Элисон и Джейсон № 2 потеряли равновесие и упали совместно. Это тоже происходило в замедленном темпе, но вместо воспоминаний о прошлом они вовсю пользовались настоящим. Они как-то умудрились раздеться в воздухе и занялись бурным сексом. Пара, плавно пикируя мимо разинутых зрительских ртов, опускалась к пятидесятиярдовой линии (в их варианте на стадионе играли в американский футбол). Самсон не сомневался, что в момент падения они кончат одновременно.

Музыкальное сопровождение, которого Самсон раньше не замечал, встретило эту сцену могучим крещендо. Эти двое по крайней мере разбились вдребезги. Жюстина, вся дрожа, вытирала слезы.

— Как это грустно!

Мэрфи мурлыкал у нее на коленях. Виктор, перегнувшись через Самсона, сжал ее руку.

— Жизнь полна трагедий.

Прыжок Мосби с покинутой Элисон вернулся на реальное место, и скоп погас.

— Бокал вина, чтобы пожелать нашим сериальным друзьям всего наилучшего? — предложил Виктор.

Самсон не хотел больше пить.