— Сильнее бей, — подбодрила Шелли. — Посередке, где у него мозги.

Мэри стукнула еще раз — с тем же успехом.

— Он крепче, чем кажется. — Она замахнулась и врезала так, что разбила кружку. — Ну вот, руку поранила.

— Зато слизня прикончила. — Технос лежал тихо, с раскроенным боком.

— Возьми, если хочешь. — Мэри подняла слизня за хвост и предложила Шелли.

— Спасибо, Мэри. Ты его прихлопнула, ты и бери.

— Фред и меня убьет за компанию.

— А Рейли меня.

— Ну, хоть удовольствие получила, — сказала Мэри и бросила слизня через перила с пятисотого этажа.

Когда на палубу вышел Фред, теленебесные экраны показывали десятиминутную готовность. Он сел рядом с Мэри и Шелли, остатки их компании сгруппировались вокруг. Свободных стульев было полно: многие ушли сбывать добычу или заступили на службу. По стенке уже катилась свежая волна слизней — вечерний патруль. Большинство проходило в здание, но некоторые рыскали по Палубе и присасывались к лодыжкам. Люди, выплеснувшие на сегодня заряд эмоций, почти не сопротивлялись.

— Наших джерри вызвали ввиду чрезвычайного положения, — сказал Фред.

— Арестовывать старых друзей и подыскивать новых? — поинтересовался Питер.

— Не думаю. А Рейли домой пошел, спать.

— Да, я знаю, — сказала Шелли.

Они заказали еще выпить и закусить. По Теленебу шла обычная смесь: реклама, спортивные результаты, биржевые сводки, статистика, памятные даты, новости о знаменитостях. «В полночь Чикаго вылупится из своей скорлупы» — мелькало то и дело на всех экранах.

— Как снисходительно это звучит, — сказала Элис.

— Еще больше, чем слизня, мне хочется разнести эту пакость, которая нам заслоняет луну, — заявила Софи.

— Многие пробовали, — заверил Фред.

— И что, промахивались? Мишень-то большая, — усомнилась Элис.

— Просто они не так близко, как кажется. До них пятьдесят пять тысяч километров на самом деле. И потом они модулируются. Всей техники там призмы, линзы, зеркала и серво, которые их обслуживают. Трудно сломать, легко починить.

По экранам побежала новая строка: «Обнимись, Чикаго!»

— Скажите честно, кто будет скучать по этой фигне, если ее уберут? — хихикнула Мариола.

— Я точно нет, — сказала Софи.

— Меня не удивит, если Небо действительно отправят в отставку следом за куполом, — заявил Питер. — На одну рекламу оно больше не проживет, да и не жило никогда. А полезную информацию можно легко почерпнуть в другом месте.

— Зачем его вообще было открывать? — спросила Мэри.

— Для пропаганды.

— Типа «обнимись»?

— Оно пропагандирует не нам, — сказал Питер. — Другой стороне глобуса. Небо не придерживается определенного часового пояса — оно следует за солнцем и проводит столько же времени над вражескими и неприсоединившимися территориями, сколько над нашими. Рубрику «разыскиваются» ты уже не застала, Мэри, но представь себе целую галерею плакатов с портретами террористов, живых и мертвых, и за каждого предлагается королевская награда. Морды размером с Техас. Экстремисты ненавидели Небо, все время норовили его сбить. Здесь оно мучило нас рекламой, а там, может, показывало твоего соседа с такой суммой внизу, что и не захочешь, а заложишь его. Спасения не было нигде — Теленебо показало себя чуть ли не самым мощным нашим оружием против Агрессии.