|
Потому как моя девочка в любом виде для меня выглядит съедобной, конечно, но сейчас явно была адски уставшей. Почудилось, что ей на чистом упрямстве удается прямо держать спину. Так захотелось просто подойти, обнять сзади, давая опору. Дождаться пока расслабиться, взять на руки, да отнести домой. Забраться с ней в душ, вымыть всю, иррационально кайфуя от болезненных импульсов похоти от каждого к ней прикосновения и отказа себе в большем. Просто забота и предвкушение будущей страсти. Потом уложить в постель и самому умоститься рядом, прилипая к ее телу своим, и уснуть вместе. Нет, я ни черта не святоша и если бы она дала понять, что хочет меня…
Ага, мечтай придурок.
Тебе пока свое присутствие приходится тупо навязывать ей. Она агрилась на меня сходу, но и слепому было видно — из последних сил. Не потому что я такой охренеть неотразимый ковбой, и коленки у нее размякают. Она вымотана. А я все со своими говношутками и упорством. Небось хочет, чтобы я тупо свалил и дал ей отдохнуть. Но не могу я, конфетка, не могу, и все. Нельзя мне дать тебе понять, что я уйти от тебя могу. Куда?
Ее предложение чая не воспринял как свою победу. Не-а. Да выдохлась она просто, вот и все. Бедолага моя, обнять бы тебя, но тогда точно вылечу отсюда. А я пришел ведь поговорить не только о нас, но и о деле. Лифчик с каплей крови возможного маньяка в герметично закрывающемся пакете припрятан был в моем кармане в качестве примирительного дара или подкупа, если бы совсем дела плохо у нас пошли. Но какие там улики и инфа, когда Перла просто уснула за столом, стоило мне отвернуться пошарить по ее шкафчикам на кухне. Вот просто уткнулась лицом в свои ладони и вырубилась. Да так, что и не шелохнулась возмутиться, когда взял на руки, отнес в спальню и уложил на постель. Я ее решился только разуть. Сто процентов раздевать сейчас будет мегахреновой идеей. Мало того, что может вскинуться и пнуть мою охреневшую задницу, решив, что домогаюсь, так и проснувшись утром взбеситься, что обнаглел настолько. Поэтому только стянул с себя футболку и умостился рядом, уложив ее практически на себя. Мой член сообщал мне, насколько он меня ненавидит, каждый раз, когда она возилась слегка во сне, разгоняя и мою дрему. Одноглазому дебилу было глубоко плевать на порядочность и последствия. Он чуял близость райского жаркого местечка и желал быть там, а не уныло подпирать ширинку. И особо утешить и его, и себя мне было нечем. Никаких гарантий, что утром нас с ним не пошлют нахер вместо завтрака в постель.
Стук в дверь ранним по ощущениям утром подкинул меня на кровати. Заозирался, не сразу сообразив, где нахожусь и что за дятел явился по мою душу. Но потом осознал, что дом не мой и гость по ходу не ко мне. Если это не Бирн с дробовиком, конечно.
Перла завозилась, но не проснулась, и я торопливо выскользнул из кровати и пошлепал босиком к двери. Распахнув ее, уставился на незнакомого типа, мрачно взиравшего на меня.
— Вот как, значит, — процедил он. — Уже и до этого дошло.
Ну, если это все, что он имеет мне сказать, то спорить не буду.
— Газеты можно было просто оставить под дверью, — любезно уведомил я.
— Я не ношу газеты! — моментально вскипел посетитель.
— Ну, молоко. Нет? Свежая зелень? Печенье для Армии Спасения? Парень, что бы ты ни предлагал, я в этом не заинтересован, — попытался я захлопнуть дверь перед носом покрасневшего явно от злости незваного визитера.
— А мне нужны не вы, а моя… э-э-э… мисс Сантос. И вы, собственно, кто? — И умудрился же, зараза, втиснуть ботинок в щель.
— Сослуживец. — Ну а что? Я и есть сослуживец, а что не Перлы, а ее братика, так я не обязан уточнять.
— Мне нужна Перла. Очень срочный вопрос.
— Увы, вам придется гасить пожар без ее участия. |