— А, ну ладно, круто. Как Тони? — спросил я, глядя в пол.

— Полагаю, отлично, — сказала она.

— Вы все еще… ну… встречаетесь?

— Типа того, — сказала она. — Когда он звонит мне.

— Конечно. Ладно. Ну, вот собственно, все. Я просто, ну, зашел сказать привет.

— Ладно, — саркастически сказала она. — Привет.

— Ладно.

У двери я остановился и обернулся, улыбаясь. Сложив указательный и средний палец в V, я приблизил их к лицу и снова улыбнулся. «Да здравствует планета Нав-о-нод!» — сказал я.

— Это еще что за хрень? — спросила она.

— Ну помнишь, планета Нав-о-нод и все такое.

— А, да. — Гретхен сделала тот же жест и улыбнулась в ответ. — Да здравствует планета Нав-о-нод.

Уже выходя, я остановился и сказал:

— Эй, Гретхен, ты чем-то занята вот прямо сейчас?

— Я делаю чертово домашнее задание, — сказала она, вздыхая.

— А. — Я постоял еще мгновение, не говоря ни слова.

— А что? — спросила она.

— Ну не знаю, — сказал я. — Может, покатаемся? — Она взглянула на меня и хрен знает почему я почувствовал, что вот-вот заплачу, и подумал: Если она скажет: отвали, я больше никогда не заговорю с ней, это будет конец, потому что тогда она мне никакой не друг и никогда не была им, и она вроде как грустно мне улыбнулась и сказала:

— Я слышала, эта Дори бросила тебя, — и я сказал:

— Да. Бросила.

— Хорошо, — сказала она. — Дай мне только одеться, — и я вышел в коридор и закрыл дверь, чувствуя, как только что Гретхен от чего-то спасла меня. Наверное.

Двадцать два

Ладно, решил я в конце концов, пошло все на хрен, стригусь.

Я сидел у Майка, дожидаясь, пока Дори придет за своей чертовой футболкой «Iron Maiden», и сказал себе: Блин, чего я тут рассиживаюсь, как придурок? и вытащил машинку для стрижки волос, снял с нее пластиковый предохранитель, вставил вилку в розетку и нажал на пуск. Я сидел напротив идиотского коллажа, выигранного Майком в луна-парке, на котором был изображен Рэнди Роадс, бывший гитарист Оззи, ныне покойный, зашедшийся в бешеном соло на гитаре, охваченной огнем. Я поднес машинку к волосам и почти уже приступил, когда вошла Дори. Она огляделась и спросила: «Где Майк?», и я указал в сторону его обитой деревянными панелями комнатки, где он совершал ежедневную процедуру телефонного сюсюканья с Эрин Макдугал.

Дори посмотрела на меня, прищурилась и спросила: «Принес?». Я, кивнув, отложил машинку, вытащил футболку из рюкзака и протянул ей. Мама выстирала ее и аккуратно сложила, решив, что это моя, но футболка все равно почему-то пахла, как Дори. Она взяла ее и сказала:

— Спасибо, что постирал.

— Да не за что. Это мама.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Я в порядке? — прошептал я. — Нет. А ты как думаешь? Я в порядке? — пробубнил я себе под нос.

— Мне это тоже нелегко, — сказала она, глядя в пол. Такая высокая, такая красивая, волосы идеально обрамляют лицо.

— Тогда забудь, — сказал я. — Давай считать, что мы все еще встречаемся.

Дори продолжала стоять, полуулыбаясь, затем покачала головой.

— Мы никогда не встречались. Я должна была встречаться с ним.

— Что, он там снаружи тебя ждет? — спросил я.