Дарла руководила представлением за кулисами.

– Шоу начинается, – сказала она. – Ребята с закусками и напитками, вы знаете свою работу. За дело.

Я подхватила поднос с мартини и пошла к очереди возле двери. Мы выходили в зал по одному, и каждый шел своим маршрутом. Мой – полукруг по залу по часовой стрелке. Я следовала маршруту, пока не замечала, что впереди маячит Нэн. Тогда я поворачивалась и шла против часовой, а Джимми – по часовой. Таков был наш план. Я надеялась, что он сработает.

Первые гости, к которым я подошла, даже не узнали меня, они беседовали и взяли бокалы, не прерывая разговора. Это было довольно просто. Я прошла мимо еще нескольких групп гостей. Те из них, кого мне приходилось обслуживать на поле для гольфа, кивали мне и улыбались, но не больше.

Мой поднос опустел, когда я миновала половину маршрута. Я мысленно отметила точку остановки и пошла в кухню за напитками. Меня встретила Дарла. Она вручила мне новый поднос с мартини и отправила обратно.

По пути к точке остановки я лишь дважды позволила гостям взять мартини с моего подноса. Мистер Дженкинс окликнул меня и помахал рукой. Я улыбнулась в ответ. Каждую пятницу и каждую субботу он играл у восемнадцатой лунки. Меня поражала энергия этого девяностолетнего старика. А еще утром с понедельника по пятницу он пил черный кофе с яйцами пашот.

Отвернувшись от мистера Дженкинса, я встретилась взглядом с Рашем. Я знала, что он в зале, но старалась не думать об этом и не высматривать его среди гостей. Это был важный вечер для Нэн. Раш не мог не присутствовать. У него не было причин пропустить такое событие. Нэн злая, но она его сестра. Это меня она терпеть не могла, а не его.

Раш вымученно улыбнулся. Я тоже улыбнулась и постаралась не думать о том, как это было неестественно. Раш хотя бы посмотрел в мою сторону. Я не знала, чего от него ожидать.

Доктор Уоллес с супругой поздоровались со мной и сказали, что им очень не хватает меня на поле для гольфа. Я соврала, что тоже по ним скучаю, и пошла в кухню за следующим подносом.

В этот раз Дарла вручила мне шампанское.

– Иди, иди, пошевеливайся, – командным голосом сказала она.

Я шла быстро, насколько это возможно с подносом, уставленным бокалами. В этот мой заход члены клуба уже увлеклись общением друг с другом, и я для них превратилась в поднос с напитками. Так работать мне нравилось больше. Я перестала нервничать.

Мое внимание привлек знакомый смех. Я обернулась и увидела Бети. В кухне перед балом ее не было. Я тогда подумала, что Дарла не хочет выпускать ее работать на таком мероприятии. Или отец Вудса не захотел.

Но Бети была одета не так, как мы. Обтягивающее платье из черного шифона, туфли на высоком каблуке, длинные каштановые волосы заколоты на макушке, и лишь несколько волнистых прядей обрамляют лицо. Бети повернула голову и, заметив меня, широко улыбнулась.

– Я здесь гость. Ты можешь в это поверить? – спросила Бети, с восторгом оглядываясь по сторонам.

Я покачала головой, потому что поверить в это не могла.

– Джейс вчера вечером приполз ко мне домой на коленях, а я сказала ему, что, если он хочет меня, пусть публично представит как свою девушку. Джейс согласился, и вот – полюбуйся. У меня в квартире наступили горячие времена, но я все равно здесь, – задыхаясь, тараторила Бети.

Джейс поступил по-мужски. Молодец. Я посмотрела за плечо Бети и увидела, что он за нами наблюдает. Я ему улыбнулась и одобрительно кивнула, а он в ответ кривовато ухмыльнулся и пожал плечами.

– Рада, что у него прибавилось мозгов, – сказала я.

Бети сжала мою руку и шепнула:

– Спасибо.

Ей не за что было меня благодарить, но я все равно улыбнулась:

– Иди веселись.