— Спасибо. Ты же его знаешь, он бы меня до старости оберегал, — вздохнула девушка. — Не понимает, что я уже взрослая.

— Думаю, это проблема всех отцов. Для них дочки — это маленькие и розовощёкие ангелочки, а какой-то чужой мужик в них членом тыкает.

— Фу, таким быть, — снова ударила меня кулачком Аня, недовольно поморщившись.

— Зато правда. Идём?

— Да. Я готова, — выдохнула девушка и, подхватив пакеты, мы вышли из джипа. Я не то чтобы нервничал, скорее не знал, на что именно рассчитывать, Аня же в самом деле мандражировала, вплоть до потряхивания.

— Пётр Александрович, Марина Геннадиевна, добрый вечер, — уважительно поздоровался. — Разрешите поздравить вас с наступающим две тысячи первым годом!

— Разрешаю, — мрачно проговорил капдва, сверля меня взглядом. Несмотря на то что он находился дома, одет он сегодня был даже больше по форме, чем в академии.

— Желаю вам в Новом году здоровья, денег и большой удачи во всех делах. Вот, это вам, Пётр Александрович, а это вам.

— Ох, спасибо большое, — запричитала моя бывшая репетитор, разглядывая коробки с кремами и шампунями. Совсем не дешёвыми, между прочим. — Ох, батюшки, это же сколько денег вы потратили на всё это!..

— Ха, — крякнул капдва, достав деревянную коробку с золотой надписью. — Такое только на полку ставить. Спасибо, уважил.

— Ну, я пойду, — сказал я, понимая, что пауза затягивается.

— Как пойдёшь, куда? Петенька… — строго посмотрела на мужа Мария Геннадиевна, и стальной человек, капитан второго ранга, поплыл.

— Ладно уж, Иван. Оставайся. Вместе Новый год встретим, — сломался зав каф. — Не чужие люди, в конце концов.

— Ура. Спасибо-спасибо, папочка! — бросилась ему на шею дочка, и он совершенно покраснел, не то от смущения, не то от понимания, в какой капкан попал.

— Спасибо, — улыбнулся я и с облегчением снял куртку. — Давайте вместе проводим старый год, чтобы всё плохое осталось в нём, и встретим новый!

Эпилог

Мы сидели, хорошо. Болтали ни о чём. Мария Геннадиевна пыталась выудить у меня всю информацию с самого рождения, я же старался рассказывать по минимуму, сосредоточившись на историях в Сочи. Без жести, естественно. Но охов и ахов хватало. На фоне работал телевизор, показывая бесконечные голоса и голубые огоньки.

— Мы прерываем программу передач для срочного выхода новостей, — проговорила строго одетая ведущая. — Наши репортёры подтвердили, что сегодня в Адлере в час дня, экстренно сел личный самолёт графа Баранова. Сам граф был показательно обезглавлен. Сотрудники милиции и СИБ, ссылаясь на тайну следствия, не дают комментариев…

— Допрыгался всё же, таракан рыжий. Уж сколько он крови у народа выпил, — злорадно улыбнулся Пётр. — Какой подарок всей России на Новый год, прямо щедро.

— Я как-то не в курсе, чем он так всем насолил?

— Чем? Так это он и его дружки всю эту кашу заварили. Если бы не они, твари, союз до сих пор цел бы был. У нас страна была от моря до океана, с трёх сторон омывалась! И жило в ней, больше двухсот миллионов человек, почти триста. А потом эти уроды подсуетились и… — сжав кулаки, проговорил капдва.

— Дорогой, ты, кажется, рано начал, — со вздохом покачала головой Мария Геннадиевна. — Или на тебя коньяк так влияет?

— Да я чуть-чуть… — мгновенно стушевавшись, проговорил капдва, и я с удивлением посмотрел на преподавателя. Он своей супруги буквально в два раза больше, во все стороны, а дорожит, словно она его самое дорогое сокровище. Хотя для многих людей это нормально, жаль мне не доступно.