— А контролировать вы их как собираетесь? — недовольно спросил премьер-министр. — Экономическими методами? Контролем вооружений? А кто будет отвечать за них в случае, если они захотят взять своё силой?

— Против силы может действовать только другая сила. К счастью, власть в стране принадлежит именно такой силе, — спокойно возразил я.

— Вам? — хмыкнул премьер. — Вы уж простите, молодой человек, ну или ваше высочество, если вам так будет приятнее, но никакой власти у вас нет. Как и поддержки в Думе и Сенате. После смерти Баранова и бегства Берёзова у него не осталась и шанса, а после его собственной гибели… Даже говорить не о чем.

— То есть вы всерьёз считаете, что дворяне, получившие дары и принёсшие клятву верности, всё бросят и оставят как есть? — хмыкнул я, облокотившись о стол. — Или рассчитываете, что вам удастся всех купить? Так, мы возьмём сами всё, что причитается.

— Это угроза? — откинувшись на спинку кресла, спросил премьер.

— Констатация факта. Безликий ведь не один такой. Сами знаете. Теперь вы никогда не будете в полной безопасности. Телохранитель, секретарь, служащий, ваша любимая жена — абсолютно любой человек может оказаться маской. А если вы по своей глупости решите объявить дворянское сословие вне закона, тех самых людей, что зачистили большую часть организованной преступности, то создадите такую оппозицию, которая вас сметёт волной недовольства.

— Господа, достаточно угроз! — остановил нашу перепалку глава МИДа. — Страна на грани катастрофы, и сейчас не время распрей. Нужно решать, что делать с британцами.

— Мы не можем выдать своих бойцов, и отступать не имеем права. Нужно показать силу, с которой им придётся считаться, — повторил я. — Хотите, ударьте ядерным оружием по нейтральным водам, там, где точно никого не будет.

— Мы и так регулярно проводим тестирование ракетных систем. Особого эффекта это не окажет, — обведя всех взглядом, возразил Лебедь. — Предлагаю вынести на завтрашнее срочное заседание Совета Безопасности ООН вопрос об ограничениях для применения ядерного оружия.

— С этим и без того все согласны, только вот малые страны не будут считаться с мнением совета ООН, когда под угрозой их собственная безопасность, — ответил премьер. В этот момент раздался настойчивый стук в двери.

— Войдите! — приказал я, перехватывая инициативу, и в зал заглянул немолодой уже секретарь. — В чём дело?

— Прошу прощения, срочные новости, — чуть поклонившись, сказал мужчина. — Вооружённые силы Турции ворвались на базу НАТО, на своей территории. Идут донесения о том, что они захватили ядерные бомбы. От двадцати до пятидесяти штук.

— Да вы издеваетесь… — выдохнул глава МИДа. — Господа, я вынужден вас покинуть. Похоже, ситуация стремительно выходит из-под контроля. Нельзя допустить нанесения ядерных ударов ещё и по Турции.

— Она страна НАТО, вряд ли они решатся бить по своим, даже с учётом кражи боеголовок. Тем более что у турков нет стратегических ракет. Только авиация, которую вполне могут сбить, — прокомментировал Сергей.

— Отряды одарённых для нейтрализации ядерных угроз. Именно такой была инициатива императора, и я продолжаю настаивать на её эффективности.

— Спецназ, действующий на территории третьих стран с санкции Совета Безопасности ООН, — задумчиво произнёс глава МИДа. — Да, с этим предложением вполне можно работать. Всё. Мне пора. Удачи всем нам.

— Думаю, на этом можно закругляться, — поднялся премьер-министр. — После утери ядерного чемоданчика и поддержки в думе обратно вы коды допуска не получите.