— Они что-то нашли? — указав на исследователей, спросил я.

— Да! Боже, да! — воздев руки к небесам, ответил профессор. — Пока мы не можем говорить, что именно, но это явный прорыв в истории христианства. Ну или, по крайней мере, православия. Вы не поверите, сколь значимы для археологии…

— Короче, если можно, — попросил я.

— Ну молодой человек, ну нельзя же быть настолько равнодушным к великому открытию! — укоризненно покачал головой профессор. — Это же наша с вами история, человеческая. Это историческое открытие… ох, бог с вами… При установке освещения произошло то, что вначале посчитали трагедией: лестница рухнула на керамическую фреску на стене, и та раскололась. Но свершилось чудо, за этой табличкой оказалась другая, каменная, с неизвестными пока письменами. У меня есть фото, но оно даже близко не передаёт всего великолепия. Как только мы получим доступ и вернёмся в пещеру…

Дальше я его уже не слушал. На продемонстрированном мне изображении были явно видны символы. Нет, не так. СИМВОЛЫ!

Вот только кто-то явно узнал об их значении гораздо раньше. Больше того, похоже, Березов устал ждать, пока мы с Настей сблизимся, и слил информацию на сторону. Иначе появления наёмников не объяснить, а именно они перегораживали въезд на гору. Два БТРа с крупнокалиберными пулемётами и тридцать человек личного состава.

Что-то выдавало в них иностранных наёмников. Может, непривычный камуфляж. Может, американское оружие на шеях. А может, то, что из группы почти треть была неграми. Кто знает?

Для меня же главное было не это. Оружие. Никаких калашей, только м-ки и ар-ки. Прилетели со своим, на длительные бои не рассчитывают. Значит, это краткосрочная операция, а скорее даже эвакуация особо ценного груза. В ближайшее время всё закончится, но исследовать тут будет уже нечего.

Профи, три взвода внизу, и чёрт его знает сколько в Гаграх. Похоже, до роты личного состава. В чужой стране. Перевозка, зарплаты, взятки местной администрации и милиции. А это баснословно дорого. Тот, кто пригнал сюда военных, был уверен, что цель оправдывает средства. Они точно знают, что нашли.

У меня из оружия — только табельный пистолет и две опечатанных обоймы. И то пришлось проносить за взятку. Всё же чужая страна, пусть и в ещё большем раздрае, чем наша. Смогу ли я справиться со всеми ними? А мне надо?

То, что противник устроил блокаду, ещё не значит, что нет других путей. Это всё же гора, с холмами и лесами по периметру. Надо только раздобыть одежду нужного фасона и можно выступать. А перед этим неплохо бы устроить крохотную диверсию, чтобы отвлечь внимание.

— Боюсь, у меня для вас плохие новости, профессор, — оглядевшись, сказал я. — Это не просто охранники, это чёрные археологи.

— Нет, ну что вы такое говорите, у меня есть совершенно официальное приглашение от британского музея, — качая головой, возразил учёный.

— Верно. И где окажется эта таблица после того, как они закончат? В местном музее, или в Лондоне? Думаете, вам дадут к ней доступ? Раньше они так делали?

— Ну послушайте, в истории бывает всякое, но времена изменились…

— Да? И как? Вернули британцы хоть один экспонат у наций, которых они систематически грабили?

— Ну, есть преценденты… вроде, — нахмурился профессор. — Вы же не хотите сказать, что они прямо сейчас…

— Именно. Они изымают великий артефакт прошлого, чтобы спрятать его в своём хранилище. Там, где никто кроме них не будет иметь к нему доступ, — сказал я, и учёный замер остолбенев. Блин, слишком интеллигентный и умный, вероятно, просчитывает варианты, а может, просто боится за гранты на исследования.