Елена Логунова. Секрет Аладдина
Пролог. Карабахское ханство, замок Шахбулаг, лето 1820 года
В комнатах на женской половине дома густо пахло розами, что цвели во внутреннем дворике. Сквозь резные деревянные ставни пробивались лучи заходящего солнца, золотисто-розовыми полосами ложась на знаменитые карабахские ковры с замысловатыми узорами. За стеной слышался мирный плеск фонтана, изредка звучали голоса прислуги, но в покоях царила тишина, нарушаемая лишь скрипом пера. Ашхен отложила его — устала, размяла тонкие пальцы. Перед ней на конторке орехового дерева лежал лист плотной бумаги, в верхней четверти испещренный ровными строчками на армянском — письмо отцу, которого она не видела уже два года. «Дорогой отец, Мелик Саак. Сегодня утром мой супруг в знак своей любви и уважения к нашему роду преподнес мне дивный дар — бриллиант редкой красоты, холодный, как горные вершины, и сияющий, как утренняя звезда. Он назвал его «Буз Шахбиним» — будто сама зима подарила мне свою слезу, превратив ее в алмаз…»
Молодая женщина снова взялась за перо и замерла, задумчиво глядя на слабо поблескивающую серебряную чернильницу. Письмо отцу — это очень важно, нужно верно подобрать слова. — Ай! Рыжий комочек внезапно запрыгнул на стол. Котенок, еще совсем молодой, с шерстью цвета осенних листьев, уселся прямо на край листа, любопытно тычась мордочкой в перо. — Ну, что тебе нужно, Шади? — прошептала Ашхен, но в голосе ее не было раздражения, лишь усталая нежность. Котенок, понимая, что привлек ее внимание, довольно мурлыкнул и потянулся лапкой к чернильнице. Ашхен быстро отодвинула сосуд, но капля все же упала на бумагу, расплывшись синим пятном. — Ну вот, ты все испортил… — вздохнула женщина, но тут же улыбнулась и осторожно взяла котенка на руки. Проказник устроился у нее на коленях, свернувшись клубком. За окном, в саду, запела птица — звонко, настойчиво. Птица была свободна и вольна лететь за высокие стены замка-крепости с восемью башнями, через горы, в Шушу, где когда-то был дом Ашхен. И прямо сейчас, возможно, ее дорогой отец сидел там в кружевной тени виноградных лоз и думал о любимой дочери. Ашхен отложила в сторону испорченный лист и взяла новый. Котенок, наконец успокоившись, дремал у нее на коленях, а она писала, подбирая самые правильные слова и выводя аккуратные буквы… Если бы знала, что ее письмом будут зачитываться двести лет спустя, старалась бы еще больше.
Глава 1. Море Красное, прекрасное
— Эй, народ! А у вас тоже динозавры в кровати? — сунувшись в номер из коридора, спросил Денис. — Кто, кто у нас в кровати?! — Трошкина, не отходя от мойки, качнулась в сторону, чтобы заглянуть в открытую дверь своей спальни. В кровати там вольготно раскинулся брат мой Зяма. Мускулистый, с распущенными кудрями, в одном полотенце на бедрах, он выглядел вполне доисторически-первобытно, но на динозавра все-таки не походил. Походил на пещерного человека, каким в глубине души и является. Иначе не проявил бы себя замшелым домостроевцем, валяясь в постели, пока две слабые женщины готовят ему полдник. — Какие динозавры? — Полюбовавшись своим любимым, Алка повернулась к моему. — Диплодоки, — без промедления ответил Денис, решив, что его просят уточнить вид и породу ящеров. Он в них неплохо разбирается, не зря штудировал специальную литературу. На Новый год мы с ним подарили Кимке, моему племяннику, Большую иллюстрированную энциклопедию динозавров, и прежде чем попасть в руки ребенку, она была от корки до корки прочитана полицейским майором. |
