Лэнг крался вдоль стены, опираясь на дробовик, словно на костыль. Он знал, что оружие не поможет против зажигательных бомб, но не мог праздно стоять и ждать своей участи, когда его сын заходился в рыданиях от страха.

Однако вместо звона стекла, вслед за которым пол и стены сразу же должно было бы охватить пламя, он услышал неподалеку гулкий выстрел охотничьего ружья.

Его нельзя было ни с чем спутать. Выглянув в щель косо висевшей двери, он увидел человека, лежавшего посреди огненного пятна.

Затем сверкнула длинная вспышка очереди, но дуло автомата было нацелено не в сторону дома, а почему-то к лесной полосе, тянувшейся справа. В ответ почти одновременно, словно эхо откликнулось, справа и слева прогремели два выстрела.

Раздался крик и звук заработавшего автомобильного двигателя. Не включая света, мимо домика проехал темный внедорожник и, виляя задом и выкидывая из-под колес сыпучую землю, направился к колеям, которые служили здесь дорогой. От темной массы деревьев слева от Лэнга отделился человек с ружьем, уверенно прицелился вслед автомобилю и выстрелил. Внедорожник свернул и врезался в толстую сосну.

И наступила тишина, еще более поразительная после давешнего страшного грохота. Лэнг слышал только шипение разбитого радиатора машины и всхлипывания Манфреда, у которого больше не было сил рыдать.

Лэнг рискнул оглянуться посмотреть, что творится в глубине комнаты, которую они с Герт в шутку называли то гостиной, то столовой.

— Манфред цел?

— В полном порядке, — отозвалась Герт. — А что со мною, тебя совсем не интересует, да?

В пляшущем свете горящего на земле бензина, предназначавшегося для хижины, Лэнг увидел фигуру мужчины, который не спеша подошел к разбитому автомобилю и открыл дверь, откуда безжизненно рухнуло на землю тело водителя. Одновременно справа показался еще один мужчина, меньше ростом и не такой плечистый, как первый.

Лэнг поднял ружье:

— На вашем месте я не стал бы подходить ближе.

Более крупный из незнакомцев громко фыркнул — вероятно, это должно было означать смех, — демонстративно замедленным движением прислонил ружье к дереву и поднял руки:

— А я на вашем месте не забыл бы поблагодарить.

Его товарищ, тот, что находился справа; тоже положил ружье на землю и поднял руки. Оба направились к хижине.

Первый, не замедлив шага, переступил через лежавший возле двери труп. Он словно сошел с экрана кинотеатра, где показывали «Избавление». Ростом более шести футов и весом, вероятно, хорошо за двести фунтов, с выдубленным ветром и солнцем лицом. Даже из-под широкого козырька бейсболки с надписью «Джон Дир» был виден блеск голубых глаз. Рыжеватая, с проседью, борода не закрывала растянутых в улыбке губ. Одет он был в изрядно потертый джинсовый комбинезон. Шел спокойно и уверенно, как будто пристрелить глубокой ночью двоих человек было для него обычным делом.

Стереотипы существуют. И много. Не зря же в жизни приходится то и дело встречаться с их воплощением.

Второй незнакомец, действительно оказавшийся заметно меньше, походил на латиноамериканца. Этот все время крутил головой, словно ожидал нападения в любое мгновение.

Высокий повернулся и склонился к лежавшему у него за спиной убитому. Потом выпрямился и носком ботинка перевернул тело:

— Нет, этого парня я не знаю.

Лэнг опустил ружье:

— Очень рад за вас.

За спиной он услышал шаги Герт, которая поспешила в спальню, где лежал в сумке ее пистолет.

Незнакомцы остановились возле двери:

— Не возражаете, если мы зайдем?

Лэнг отодвинулся в сторону, и они вошли. Высокий оглядел комнату. Хрупкий каркас и стены из чего-то вроде гипсокартона практически не задерживали пули.