Они рухнула в сторону леса, так что на этот раз не было необходимости вытаскивать кирпичи из ямы.

— Ну и удивятся жандармы! — усмехнулся Месмэ, присутствовавший при этой операции. — Остается только отыскать мсье Лорьо. В завтрашней статье я попрошу его явиться к вам. Странно, однако, что он не значится ни в телефонном справочнике, ни в избирательных списках!

И журналист ушел, сказав напоследок:

— С ума сойти, сколько вы мне даете материала! Главный редактор просто теряет голову! Такое впечатление, что в нашей газете теперь пишут только о Ситэ-Флери!

После обеда работа возобновилась с еще большим энтузиазмом. Жандармы, которым, без сомнения, не нравилась роль, отведенная им в этом деле, вопреки своему обещанию не явились на виллу для проверки.

Огорчало, однако, то, что раскопки продолжались почти вслепую. Хотя лестница была полностью откопана, добровольцы никак не могли обнаружить само убежище.

— Придется обшивать стены ямы, — заявил Девиллер. — Иначе при малейшем дожде… И даже без него земля может обрушиться под собственной тяжестью.

Несмотря на эту опасность, землекопы продолжали поднимать из ямы землю, хотя и со все большим трудом.

Ими овладела усталость. Первоначальное воодушевление прошло, и они все чаще задавались вопросом, действительно ли Эжен Марньи сделал свое открытие, когда рыл убежище.

Мишель тоже задумывался над этим. Он начал приходить к выводу, что доказательства, которые могут спасти Ситэ-Флери от уничтожения, следует искать в другом месте. Однако эти поиски сильно затруднялись исчезновением Лорьо.

На следующее утро, когда работа уже возобновилась, в сад вошел незнакомый мужчина. На голове его была белая строительная каска.

— Могу я видеть мадам Перо? — спросил он.

— Бабушки нет дома, мсье, — ответила Мартина. — Может быть, ей что-нибудь передать? Незнакомец немного растерялся.

— Ну что ж, пожалуй… — Он прислушался к шуму, доносившемуся из раскопа, где трудились добровольцы. — Я заметил, что стена вашего сада в одном месте рухнула.

— Да, мсье…

— Что ж, моим подчиненным будет меньше работы!

— Вашим подчиненным?! — повторила девочка. — Значит, вы — мсье…

— Фромар, совершенно верно. Вы меня не узнали? Должен сказать, вы не стесняетесь в выражениях — все заборы до самого шоссе украшены оскорбительными надписями. Я действительно Фромар, собственной персоной!

Мишель, Артур и Даниель переглянулись. Подрядчик выглядел настолько самодовольным, что им так и хотелось поставить его на место.

— Эти молодые люди, вероятно, помогают вам готовиться к отъезду? — продолжал Фромар с насмешливой улыбкой. — Скоро все уже будет позади, и никакие глупые манифестации этому не помешают. Те, кто в них участвует, попусту теряют время. А я времени не теряю. Иду прямо к цели. Передайте вашей бабушке, что я собираюсь подать на нее жалобу в суд, по всей форме. Ведь это мадам Перо, да и вы вместе с ней, — вдохновители этой идиотской статьи, которая появилась сегодня в «Курье де ля Тэрнуаз»? Не так ли?

Его голос дрожал от сдерживаемой ярости. Мартина не отвечала, и предприниматель заговорил снова, на этот раз куда громче:

— Надеюсь, вы не собираетесь этого отрицать? Статья подписана неким Месмэ. Ноэлем Месмэ… Это, надо думать, один из ваших приятелей. При случае я с огромным удовольствием надеру ему уши!

При этих словах друзья не смогли сдержать улыбку. Они вообразили, как удивится Фромар при виде мощной фигуры журналиста.

— А что это за история с золотой монетой, которую якобы нашли мои рабочие?! Я вижу, вы переходите все границы! Этот ловкач пишет еще и о том, что во время бомбардировки, в сорок третьем году, были утрачены исторические реликвии, обнаруженные мсье, Марньи… кажется, вашим прадедом, мадемуазель? Очень хитрый ход! Один из министров Гитлера говорил: «Лгите смело — чему-нибудь да поверят».