– Это ужасно.

– Поэтому мы и приехали сюда, – кивает он. – Папа был знаком с сотрудником Шведского института в Риме. Он рассказывал, что Швеция – хорошая страна с социалистическим укладом. Что здесь можно доверять людям и, если много трудиться, нам позволят остаться. Мы с мамой и младшей сестрой Франческой хотели уехать как можно дальше от фашистов, – добавляет он.

– Значит, ты здесь с семьей?

– Да, – улыбается он.

Анна поворачивается лицом к солнцу. Как бы ни была печальна история, только что рассказанная Лýкой, она рада, что юноша поделился с ней. Анна привыкла, что ее отгораживают от действительности. Поскольку родители всегда чрезмерно оберегали дочь, она достаточно рано научилась тайком брать у отца газеты и читать их, если хотела узнать правду о том, что происходит в мире.

– Теперь твоя очередь, – объявляет Лýка. – Рассказывай, из за чего ты так расстроилась.

– Трудно объяснить.

– Я не тороплюсь, – передразнивает он девушку.

Анна пристально рассматривает еловую шишку под ногами.

– Думаю, из за того, что все сложилось не так, как я надеялась.

– Вот как. И на что же ты надеялась?

– Вернуться домой, в Стокгольм. Обычно мы приезжаем в Хиллесгорден только на лето, но теперь мои родители решили остаться здесь до конца войны. Они полагают, что в Сконе жить безопаснее.

– Тебе здесь не нравится?

– Все мои друзья остались в Стокгольме, – начинает заводиться Анна. – Я здесь практически никого не знаю. А еще меня зачислили на курсы медсестер. Я хочу работать, помогая другим.

– Как героиня той книги, – замечает Лýка с улыбкой на лице. – По моему, прекрасная идея.

– Мои родители думают иначе, – вздыхает Анна.

Лýка берет палку и начинает чертить ею по земле.

– Я тоже хочу получить образование. Хочу изучать политологию и стать журналистом, как отец.

– И почему ты не учишься?

– Не могу же я бросить маму с Франческой. Я батрачу на здешних хуторах, живем на мои заработки, и они не справятся одни, если я уеду. Да и мой шведский пока оставляет желать лучшего.

У Анны от волнения перехватывает горло. Непонятно почему, но внезапно ей захотелось рассказать Лýке обо всем.

– Думаю, отец предпочел бы, чтобы я вышла замуж. Он считает, что женщины – по крайней мере, в его семье, – вообще не должны работать.

– Похоже, мы оба с тобой в ловушке – каждый в своей.

– Похоже, что так.

Подцепив палкой упавший лист, Лýка отшвыривает его в сторону.

– А чем занимается твой отец? – интересуется он.

Анна выпрямляет спину. Зачем ему это? Сразу приходит осознание, насколько непристойна вся их беседа. Она не знает Лýку, а даже если бы и знала, девушке не подобает находиться наедине с молодым человеком среди леса.

– Мне пора, а то мать позвонит в полицию, и меня начнут искать, – говорит Анна, поднимаясь.

Лýка понимающе улыбается, и на его золотисто смуглой коже проступают ямочки.

– Если опять захочешь смыться из дома, я найду еще зверюшек, чтобы показать тебе.

– Спасибо, буду иметь в виду.

По пути домой Анна клянет себя за откровенность. Не надо было рассказывать незнакомцу о своей семье, но Лýка так расположил ее, что захотелось открыться. Он кажется таким добрым и бесхитростным – совсем не похож на молодых людей, с которыми она привыкла общаться. Они никогда ничего не делают от чистого сердца.

Анна вспоминает свою лучшую подругу Сив, и все сжимается внутри от тоски по дому.