Ее сердце рвалось наружу, как сумасшедший зверь, вырывающийся из клетки, когда она услышала, как он сказал:
— Эндрю Маккэслин! Как приятно встретить вас, хотя прошло много времени с нашей последней встречи.
Эндрю вежливо, но холодно ответил:
— Здравствуйте, доктор Лоуэри. Как у вас дела?
Они пожали друг другу руки.
— Вы превосходно выглядите, Эндрю, — сказал Рон искренне. — Сообщения о вас в газетах на страницах, посвященных спорту, в последнее время были просто фантастическими. — Его глаза слегка затуманились, и он, сочувствуя, понизил голос. — Мне было так жаль услышать о вашей жене. Как малыш?
Арден почувствовала, как мышцы Эндрю напряглись, но голос прозвучал спокойно:
— Благодарю вас за сочувствие. Мэт — уже двухлетний крепыш. Он — просто замечательный.
— Что ж, это приятно слышать.
— А, — Эндрю подтолкнул ее вперед, — это — моя жена, Арден. Дорогая, это — доктор Рон Лоуэри.
Ей неожиданно пришло в голову, что драматурги часто превращают в комические сцены, подобные этой, но она не могла понять, как можно считать это забавным. Ирония была слишком жестокой, чтобы быть смешной. С ней чуть не случилась истерика, на грани которой она была весь день. Она не знала только, будет ли это безумный хохот или идиотский крик. Ей тем не менее удалось остановиться вовремя.
— Доктор Лоуэри, — сказала она. Ни за что на свете она не протянула бы ему руку.
— Миссис Маккэслин, — вежливо ответил Рон.
Его кажущаяся искренней улыбка привела ее в ярость. Больше всего ей хотелось разоблачить его, всю его фальшь и неискренность. Но, раскрывая его, она подставляла под удар себя.
Мужчины обменялись любезностями; Рон сказал, что он приехал на острова на несколько недель в отпуск, и Эндрю пожелал ему хорошо провести время. Каким-то образом Арден удалось сдержаться и не сойти с ума, пока они беседовали. Улыбка на ее лице была настолько натянутой, что ей казалось: если разговор затянется, ее лицо разлетится на мелкие кусочки, как разбитая фарфоровая тарелка.
— Было очень приятно снова встретить вас, — расплываясь в улыбке, произнес Рон, когда Эндрю, наконец, повел Арден к выходу.
— Мне тоже. Желаю хорошего путешествия, — ответил Эндрю, и они ушли.
В машине он завел мотор, но не включил передачу. Невидимым взглядом он уставился на рисунок на капоте.
— Что-то не так? — спросила Арден.
— Да нет. Вроде все нормально. Просто есть нечто… — Голос Эндрю стал совсем тихим. Арден сидела не шелохнувшись рядом с ним и только огромным физическим усилием удерживала себя от истерики. — Доктор Лоуэри был нужен Элли и мне. Я говорил тебе, что у нее были проблемы с зачатием. Он… ну, он сделал все, чтобы у нас был Мэт. Я должен быть благодарен ему за то, что у меня есть сын. Но… черт, я не могу объяснить этого, Арден.
Он покачал головой, как будто, сделав так, его случайные мысли придут сами в логическое соответствие.
— Это не просто его требование получить дополнительные деньги. Есть что-то в его манерах, что беспокоит меня, предостерегает, что ему нельзя доверять. Я не знаю почему, но меня настораживает эта наша сегодняшняя встреча. На моей территории, если так можно сказать. Я не видел его с тех пор, как родился Мэт, и не планировал когда-либо встречаться с ним снова. — Он усмехнулся и завел машину. — Наверняка ты думаешь, что я сошел с ума.
— Нет, — ответила Арден, завороженная светящимися приборами на панели. — Я не думаю, что ты — сумасшедший. Я тоже не доверяю ему.
— Ну вот теперь, когда свет потушен, ты расскажешь мне, что тревожит тебя весь день?
Арден лежала в постели уже несколько минут, когда Эндрю выключил ночник и присоединился к ней. |