Дворецкий хотел объяснить хозяину, как все произошло, и попросить прощения, но тот остановил его, сказав:

— Незачем толковать об этом… Произошло, что должно было произойти. Завтра после полудня я, вероятно, буду драться с бароном на дуэли.

— Господи! Это я во всем виноват.

— Молчи и не перебивай меня. Ты поедешь сейчас к Морису Вандолю и привезешь его сюда.

— Это все? Барин…

— Это все, но привези его непременно.

По счастью, Морис Вандоль оказался у себя. Он тут же приехал к другу, и тот сразу ему объяснил:

— У меня вышла дурацкая история с этим кретином Мальтаверном, и я рассчитываю иметь тебя своим секундантом.

— И правильно делаешь, — сказал Морис, крепко пожимая руку. — А кто будет вторым секундантом?

— Мой соотечественник, атташе при посольстве, которого ты наверняка встречал у меня, Серж Роксиков.

— Отлично. А условия дуэли?

— Я оскорбил барона, и право предлагать условия — за ним. Я приму все, что он предложит.

— Значит, дело серьезное?

— Пустяк. Ги ворвался ко мне, несмотря на запрет, и я выпроводил его не совсем вежливо.

— И это все?

— Все! Тебе понятно — я хочу, чтобы Жермену не тревожили. Ее здоровью необходимо спокойствие. Нельзя, чтобы ко мне как прежде заявлялись кому вздумается и в любое время дня и ночи, отчего мой дом превращался в проходной двор… Кстати, для тебя исключение: хочешь повидать мою дорогую больную?

— Благодарю, но только не сегодня. Я должен поскорее встретиться с твоим вторым секундантом.

— Ты прав, ступай, и спасибо тебе от всего сердца, мой друг!

Не прошло и двух часов, как лакей подал князю на подносе две визитные карточки: на одной стояло имя виконта де Франкорвиля, на другой — маркиза де Бежена.

(Ввиду сложившихся обстоятельств князь отменил приказ никого не пропускать.)

Мишель тут же принял двух хлыщей, явившихся с серьезными, подобающими случаю выражениями лиц.

Князь приветствовал их со слегка надменной вежливостью и сказал:

— Господа, догадываюсь о цели вашего визита. Ведь вы прибыли по поручению барона де Мальтаверна?

— Да, князь, — ответил псевдомаркиз. — Наш друг поручил просить у вас сатисфакции в связи с печальной неприятностью, произошедшей между вами.

— Действительно весьма печальной, по крайней мере, в том, что касается меня… — заметил Мишель.

— Этими словами вы подтверждаете согласие на дуэль? — с поспешностью спросил маркиз де Бежен.

Князь добавил:

— Я предоставил все полномочия моим друзьям, господам Морису Вандолю и Сержу Роксикову. Господин Роксиков живет при Русском посольстве на улице Гренобль, семьдесят девять, и вы сейчас застанете его у себя вместе с господином Вандолем. Желаю успеха.

Франкорвиль и Бежен поднялись и, церемонно откланявшись, с важностью удалились.

Когда они уселись в экипаж, торжественное выражение слетело с их лиц.

— Ты видел, как этот северный медведь себя держал? — сказал Бежен.

— Посмотрим, что получится у него. Он вроде неважно стреляет.

— Тогда Ги собьет с него спесь!

— И хорошо сделает! Я буду очень рад, когда один из этих иностранцев, кичащихся своим богатством, знатностью и успехом у женщин, получит хороший урок.

Встреча в Русском посольстве заняла не более пяти минут. Секунданты расстались, договорившись об условиях дуэли.

Художник и секретарь посольства отправились к Березову.

— Так вы договорились? — спросил Мишель.