Не желая ничем рисковать, Андреа поднялась вслед за матерью, убедилась что та ничего не заметила, посмотрела, что делается в кабаке.

Там собрались четверо или пятеро. Лишамор спал, старуха принялась готовить завтрак.

За столиками уже сидели Бобино и Моген, как люди, жаждавшие опохмелиться после вчерашней выпивки.

Андреа подумала, что они помогут, если понадобится защитить бедняжек.

И она пошла за Бертой и Марией, совершенно не зная о том, какое участие уже принимает в их судьбе Бобино.

Пока Андреа спускалась за девочками и вела их к кабаку, прошло минут пятнадцать.

Первым, кого увидела Берта, входя в питейный зал, был Бобино, сидевший за столиком перед глиняной кружкой с вином.

Совершенно обезумев, девочка бросилась к старшему другу, восклицая:

— Жан!.. Это я, Берта… Это Мария со мной…

Бобино вскочил, как будто мина разорвалась под его стулом.

— Берта! Друг мой… Дорогая моя…

— А Жермена? — перебила она.

— Спасена… Все хорошо… пошли со мной.

— Да, благодарю, мой друг, но прежде мы должны поблагодарить мадам, она была так добра и выручила нас…

Андреа, радуясь, что сделала доброе дело, подошла, счастливо улыбаясь.

— Хорошо, мои детки, хорошо… мы еще увидимся, а сейчас скорее уходите с вашим другом, нужно торопиться.

— Надо, чтобы я дал им разрешение, — послышался грубый голос из-за спины пораженной Андреа.

Она обернулась и воскликнула в ужасе:

— Бамбош! Это ты, мерзавец!

— Хорошими делами ты занимаешься, милая моя!.. Хозяин будет очень доволен!.. Но я не дал бы и двух су за твою голову, хоть она и очень красива.

Бамбош, придя в отсутствие Андреа, сидел за столиком с Брадесанду; он подозревал, что Рыжая узнала, где спрятаны сестры Жермены, и занята их освобождением. Он выпивал, играя в карты с дружком, и встал в тот момент, когда Бобино встретился с Бертой и они благодарили Андреа.

Бобино и Моген старались поскорее увести девушек, предвидя, что сейчас начнется заваруха.

Они уже были у выхода, когда Бамбош закричал:

— Ко мне, Брадесанду!.. Ко мне… Это приказ…

Два негодяя бросились к двери, и Бамбош, вытаскивая из кармана длинный нож, крикнул:

— Дурачье, я пущу вам кровь, если вы не оставите девчонок!

— Мы еще посмотрим!.. — сказали Бобино и Моген, решительно заслоняя Берту и Марию.

ГЛАВА 24

Ги де Мальтаверн, уговорив швейцара пропустить его, пересек двор, намереваясь войти в пышные покои князя Березова.

На его звонок к двери спустился Владислав, чтобы спровадить посетителя, нарушившего запрет.

Но Ги был не из тех, кто повинуется прислуге. К тому же у него был свой план, он как раз и рассчитывал воспользоваться запретами подчиненных, чтобы вызвать князя на дуэль.

Владислав очень вежливо, но решительно сказал, что князь никого не принимает и настаивать бесполезно.

Ги, напротив, принялся действовать все решительнее, говоря, что уважаемый… э-э… уважаемое доверенное лицо доставит хозяину большие неприятности своим отказом пропустить к нему.

— Его сиятельство велели никого не допускать, — настойчиво повторял слуга очень мягким тоном славянина, но тем не менее с определенной решительностью.

— Может быть, он нездоров? — спросил барон. — Я не утомлю князя долгим визитом.

— Нет, сударь, он здоров, но занят очень серьезным делом.

— Во всяком случае, надеюсь, у него найдутся несколько минут, чтобы получить деньги, которые я ему должен, десять тысяч франков.