Молодой человек сел рядом со стариком, будто не замечая его. Однако вдруг он неразборчиво, как бы говоря с самим собой, произнес:

— Хорошая погода, скоро зацветут маргаритки…

Аккордеонист сейчас же ответил:

— И прорастет картофель!

— Значит, Вагалам, все хорошо?

— Право, мсье Анри, это как посмотреть… У меня больше нет денег, лейтенант.

Молодой человек привстал и гневно взглянул на старика:

— Что вы несете? Нет здесь никакого лейтенанта, раз и навсегда! Я — господин Анри и никто другой! Разве я стараюсь узнать, кто вы, Вагалам?

— О! — запротестовал старик. — Не беспокойтесь, я знаю свое дело, вы знаете мою преданность… К несчастью, это стоит дорого…

— Да, — сказал Анри де Луберсак, ибо это был кирасир, пришедший на встречу с одним из своих секретных агентов, нанятых им за счет Второго бюро, — да, я знаю, вам всегда не хватает…

— Скоро я получу деньги? — настаивал Вагалам.

— Это зависит от того, как идут дела, — сказал лейтенант.

— Какие?

Офицер явно терял терпение. Вагалам, вольно или невольно, старался казаться глупым и бестолковым.

Лейтенант де Луберсак снова сердито заговорил:

— Вагалам, вы просто дурень. Я спрашиваю вас о деле В. Как с ним?

Старик засмеялся:

— Пустяки! Ничего там нет! Обычная история с женщиной! Вы хорошо знаете, мсье Анри, эту певичку из Шалона? Ту, что зовут Нишун… довольно хорошенькую. Черт возьми, мне бы сорок лет долой, я бы… Это такое скопление порока в душе… за безделушку сделает что угодно… Вы хорошо ее знаете? Она дебютировала в Ля Фер, а потом покатилась по Пикардии, Арденнам…

— Все это ничего не значит, Вагалам, — прервал лейтенант.

— Извините, мсье Анри, Нишун — любовница капрала В. Он в отпуске, этот капрал.

— Я знаю, — заметил офицер, — он даже в Париже.

— Тогда что мне нужно сделать?

— Вы поедете в Шалон, проведете строжайшее расследование отношений В. с Нишун. Он в долгах?

— Он расплатился, — заметил Вагалам.

— А! — сказал немного удивленный лейтенант. — Хорошо, узнайте, как и почему? Надо уточнить также, что за отношения были у капрала В. с покойным капитаном Броком.

Вагалам, которого особенно заинтересовали последние слова, придвинулся к офицеру и фамильярно похлопал его по колену:

— Скажите же, есть что-нибудь новое об этой истории?

Анри де Луберсак отодвинулся и высокомерно оборвал старика:

— Не суйте нос в то, что вас не касается!

— Хорошо, хорошо… ладно, — оправдывался аккордеонист с виноватым видом.

Анри де Луберсак покусывал усы, Вагалам, украдкой наблюдавший за ним, говорил себе: «Я тебя жду, мой паренек, ты для меня лакомый кусочек, я тебе нужен…»

Предчувствия аккордеониста оказались верны.

— Вагалам, хотите большое вознаграждение?

— Да, мсье Анри. Его трудно заработать?

— Конечно! Естественно…

Вагалам настаивал:

— И опасно?

— Может быть.

— Сколько заплатите?

Не колеблясь, офицер назвал сумму:

— Двадцать пять тысяч.

Вагалам, тоже без колебаний, возразил:

— Не пойдет!

— Тридцать тысяч!

— Черт! — пробормотал старик.