- Им тоже управляла Алевтина?

- Покровский, сам расскажешь? – Леонид взглянул на бывшего ефрейтора.

- А чего тут рассказывать? – Алексей пожал плечами. – Ну, видел я, как она по полю ходила. Очнулся, смотрю, она сидит рядом, шприц в руке. Спрашивает: «ты разведчик?» Я кивнул. Она: «кто ещё тут из твоих»? Я на воронку указал, где все лежали. Она подошла, всем уколы сделала, а сама в лес…

- В лес, через который можно попасть как раз к полустанку, где возвращения немцев ждал секретный поезд, - добавил Зимин. – Я не это хотел услышать, но пусть будет так. Созреешь сказать что-нибудь более существенное, дай знать. Итак, товарищи разведчики, личной гвардией «Алевтина» обзавелась, но ей требовался ещё один «кровный брат», из кругов, уж извините, повыше и поближе к политическим кормушкам…

- Стасенко?

- Вот именно. Когда и при каких обстоятельствах она «ужалила» подполковника, следует спросить у неё самой, но это и не суть важно. Гораздо важнее, что она расставила на доске первую линию фигур.

- Если мы пешки, боюсь предположить, кто стал фигурами посерьёзнее, - Филин покачал головой.

- Вот именно, - Леонид перевел взгляд на Варвару. – Скажешь, кого ты ещё «приколола» за семьдесят-то лет?

- А что, можно говорить? – Она улыбнулась со всем своим очарованием. Хорошо, что сумерки смазали картину, а то Зимин рисковал «поплыть». – Ты ведь запретил.

- Ответить можно.

- Нечего мне ответить, Зимин. Всё, что ты говоришь, твои выдумки. В записях, которые ты расшифровал, нет ничего подобного. Но рассказываешь интересно, я даже заслушалась.

- Очень разумно с твоей стороны, - Леонид подкорректировал прицел, направил пистолет Варваре в лоб. – Вот так и слушай дальше. Молча и неподвижно. Я пока не анализировал, но несколько имен, навскидку, у меня есть. И это фигуры ничуть не мельче Стасенко в облике Гурова. Ваша Алевтина… она же наша Варвара… времени не теряла, сплела тонкую, но прочную агентурную сеть.

- А сыворотка… была отвлекающим маневром? – Филин прихлопнул на щеке комара. – Чтобы если пойдут утечки информации, было на что сослаться?

- Сначала МГБ, а затем и КГБ берегли, но не использовали сыворотку, поскольку побочные эффекты сводили её ценность к нулю. Берсерки получались, как и в экспериментах Штиля, тупые, и жили недолго, словно срезанные цветы. Но «Алевтина» всё равно рассчитывала на масштабное применение сыворотки в нужный момент. Ведь с помощью своего дара внушения она могла управлять бойцами с ограниченным разумом. Помните бой в третьем форте? Вы искали командира, который заставляет берсерков так четко и слаженно маневрировать и атаковать…

- Это ведь был Хиршфельд!

- Майор был самым обычным человеком. Ты ведь сам это выяснил, Никита, когда проткнул его финкой.

- Алевтина сказала, что трупа Хиршфельда не нашли. Унести его было некому, значит, он ушел сам. А уйти он мог, только если был перерожденным по нашему типу.

- Даже если он был таким же, как вы, сути дела этот факт не меняет. Ты мог управлять берсерками?

- Нет.

- И никто не мог. Кроме «образца номер один». Так что, Хиршфельд командовал берсерками с помощью голоса и живительных пинков. Никакого другого способа у «секретного» немецкого командира не существовало. Была только «Алевтина». Это она управляла берсерками.

- Мы ведь её «гвардия», - Филин хмыкнул. – Чего ж не отвела их от нас?

- Как раз отвела, - возразил Зимин. – Думаешь, вы прорвались бы к ракете, не брось «Алевтина» основные силы немцев на позиции Васнецова? Вас задавили бы массой.