– Могу я кое-что выяснить? – ледяным тоном вставил Роуленд, когда Линдсей начала петь дифирамбы двери, увитой розами. – Значит, ты собираешься уехать из Лондона? Это так?

– Да, да. Разве я тебе не говорила раньше?

– Нет, не говорила.

На этот раз голос у него был таким, что Линдсей не осмелилась даже слова произнести.

– Ферма «Шют»! В двадцати милях от Оксфорда? Ну, ну, – заметил Роуленд после паузы.

– Именно расположение меня так привлекло, Роуленд, – сказала Линдсей, смущенная и несколько задетая тем, что Роуленд не приходит в восторг от ее удачи. – Это значит, что я смогу чаще видеть Тома. Но все-таки это не на соседней улице, так что я не буду им мешать. И потом он такой прелестный, этот дом. Среди зеленых полей, никаких соседей…

– Ты уверена?

– На фотографиях не видно других коттеджей, Роуленд, только поля.

– Возможно, – с сомнением проговорил он. – Это действительно очень красивая часть страны.

– Ты хочешь сказать, что знаешь эти места? Ты бывал там, когда учился в Оксфорде?

– Да, я часто туда ездил и хорошо их знаю. Кому, ты говоришь, принадлежит дом? Кому-то из знакомых отца Колина? Понятно. И дом сдается? Цена невысокая?

– Кажется, да. Колин должен рассказать мне все более подробно сегодня. Он должен прийти с минуты на минуту…

– А-а. Ладно, не буду тебя отвлекать.

– Нет, нет. Если он сейчас придет, то будет рад поболтать с тобой.

– Я в этом не уверен. Кроме того, у меня мало времени.

– Роуленд, скажи, если все получится, ты будешь меня навещать? Мне бы хотелось, чтобы вы с Колином как-нибудь приехали ко мне в гости. – С Колином? Это забавно.

– Роуленд, что-то не так? Я сказала какую-то глупость? У тебя такой голос… Я тебя задерживаю? Ты опаздываешь на встречу?

– Кажется, я действительно опоздал.

– Роуленд, ты мог бы говорить со мной поласковее, – нерешительно проговорила Линдсей. В ней нарастало разочарование. – Мне казалось, ты обрадуешься моим новостям. Со стороны Колина было очень любезно мне помочь. Только меня немного беспокоит вопрос денег…

– Правильно, что беспокоит.

– Извини? – Линдсей окончательно пала духом. – Роуленд, пожалуйста, не говори со мной так пренебрежительно. Я знаю, что мои планы имеют недостатки, что этот контракт на книгу – не верх совершенства…

– Да, контракт действительно не верх совершенства, и ни один дурак не посоветовал бы тебе его подписывать. Надеюсь, что когда-нибудь ты все-таки научишься сама разбираться в денежных делах. От души надеюсь, потому что этот издатель обвел тебя вокруг пальца.

– Роуленд…

– Неужели ты не понимаешь, что на этот аванс невозможно прожить? Для того, чтобы написать эту чертову книгу, тебе потребуется два, а может быть, три года, а аванс не покроет даже твоих счетов за электричество.

– Покроет. Подожди минутку, Роуленд… – Линдсей, чувствуя, что начинает злиться, старалась взять себя в руки. Мягкость, напомнила она себе. – Я ведь тебе говорила, наверное, ты просто не помнишь. Я могу сдавать свою лондонскую квартиру, а в деревне жилье стоит дешевле. Колин говорит…

– Господи, Линдсей, когда ты наконец повзрослеешь? Я понимаю, экономика никогда не была твоей сильной стороной, но почему ты не хочешь подсчитать? Ты можешь себе позволить что-либо арендовать разве что на Оркнейских островах, но уж никак не приличную ферму в Оксфордшире.