|
Почти та же история. Ничего не знает ни об адресате, ни о характере груза. Получил сильное облучение. Будучи помещен на лечение, признался что он не черкес Тазретов из города Нальчика, а чеченец Паша Сардалов из Грозного. Связались с Москвой. Получили данные на Сардалова, все честь честью с дактилоскопической картой и фотографиями. Сардалов, оказывается, им хорошо известен, настоящий Сардалов, ибо лже-Тазретов оказался и лже-Сардаловым. Но этим полицию не удивишь. Старый трюк. Самое печальное заключается в том, что бланки паспортов, печати — все подлинное. Понимают ли в МИДе и УВИРе, кому выдают выездные документы?
— Вы подразумеваете коррупцию? — понимающе заулыбался представитель израильской «Едиот Ахоронот».
— Меня просили привести примеры. Толкование фактов — ваш хлеб, дамы и господа. Уверяю, что полиция с интересом отнесется к любой интерпретации. Мафиози из СНГ нередко прибывают в Австрию через третьи страны. Из государства Израиль, например, недавно к нам прилетал господин Авдеев, признанный лидер преступного мира Москвы. Законных поводов для задержания у нас не было, поскольку соответствующей просьбы из России не поступало.
— Известно, чем он занимался в Вене?
— Официальный повод: закупка автомобилей, но можно не сомневаться, что визит связан с размещением капитала.
— Удалось установить его связи? За ним следили?
— Мы действуем в рамках закона.
— На каком основании ему выдали визу?
— Обратитесь к нашему консулу в Тель-Авиве. Официальное приглашение австрийской фирмы — достаточное основание.
— У меня вопрос к господину Листу! — поднят руку Курт Майер, известный в каждом австрийском доме телеведущий. — Надеюсь, вы не случайно упомянули об убитом московском банкире? Чем объясняется интерес такой солидной международной организации, как Интерпол, к его персоне. Хотелось бы знать.
— Интерес объясняется особо пристальным вниманием к поставкам не только ядерного топлива, но и материалов и технологий, которые могут быть использованы при создании атомного оружия. Вы же превосходно понимаете, какой комплекс проблем, в том числе и весьма деликатных, за этим стоит. Господин Лобастов оказался причастен, возможно косвенно, к такого рода сделкам. По этому поводу в центральную штаб-квартиру поступил запрос из… скажем, из страны, входящей в ядерный клуб.
— Соединенных Штатов? России?
— Вы бы могли добавить сюда Францию, Англию и Китай. Не имеет значения, откуда именно. Вас ведь волнует результат?
— Не одного меня. Полагаю, что и венских телезрителей — тоже.
Сопровождающий Майера оператор спешно направил монитор на самодовольно улыбающееся лицо звезды экрана.
— Результат последовал незамедлительно. В национальные отделения ряда стран пошли ориентировки.
— К вам, в частности?
— Совершенно верно. В противном случае я бы не стал затрагивать эту тему.
— А какое отношение имел к ядерным технологиям Асахара? Вы говорили о контактах Лобастова с «АУМ сенрикё»?
— Не сомневаюсь, что мы вскоре узнаем об этом от японских коллег. Как вы знаете, идет следствие.
— Я знаю о том, что идет следствие, — Майер привык находиться в центре внимания и, раз вцепившись, не отпускал жертву. — Тем не менее в печати появилось множество сообщений, касающихся исследований, которые велись в недрах секты. Кроме запасов нервно-паралитиче-ского газа, при обыске обнаружены взрывчатые вещества, в том числе синтекс чешского производства, камеры для выращивания болезнетворных бактерий, боксы для работы с радиоактивными изотопами. Есть сведения, что на Асахару работали несколько московских ученых-ядерщиков. |