Соломонычу перспективы нравились, однако он категорически не желал принимать участия в «чейндже». Клара Карловна успокоила его сообщением, что ему лично, во избежание осложнений, не придется практически ничего делать, разве только найти исполнителей, которые за достойное вознаграждение согласятся работать на благо Клары Карловны и Ицхака Соломоновича.

Помощники быстро отыскались среди студентов Симкина. В том числе и любимый ученик Симкина — Сашка Потапов…

— Его можно понять, — печально вздохнула я. — У Потапова тесть в больнице с тяжелейшим инсультом, жена серьезно больна… Лейкоз… Лечение больших денег стоит, а еще операция, если повезет…

— Мы в курсе, — кивнул Анатолий и попросил его не перебивать. Лизка присоединилась к пожеланию, продемонстрировав увесистый кулак, и я посчитала разумным дождаться окончания рассказа.

…Первое время все шло по плану. Настоящие нэцке Симкина постепенно уступали место «шедеврам» Клары Карловны. Шесть из семи божков были успешно заменены искусными подделками, операция «Кларнэц» — Клара экспроприирует нэцке — близилась к завершению. Ицхак, используя свои связи, уже достиг определенных договоренностей с одним из крупных европейских аукционных домов. Остался только Хотэй — бог, исполняющий желания, стоит только потереть по часовой стрелке его толстое пузо каких-нибудь триста раз. Но внезапно надежный исполнитель, Сашка Потапов, потребовал прибавки к жалованью. Впрочем, если бы просто потребовал — полбеды, но он начал банально шантажировать «работодателей», дескать, не заплатите нужную сумму, выведу вас на чистую воду, и останетесь вы, господа, при казенном интересе и с фигой в кармане…

Я снова глубоко вздохнула, потому как Потаповы вызывали сочувствие, но под многозначительными взглядами общественности свое мнение до поры оставила при себе.

…Клара Карловна и Ицхак Соломонович взволновались всерьез — операция почти завершена, а бунт исполнителя ставил под угрозу ее результаты.

— Потапова надо убирать, — ледяным тоном заявила Клара Карловна.

— Как… у-убирать? — нижняя челюсть Зильберштейна, клацнув о верхнюю, плавно опустилась на колени.

— Отработанный материал, фуфел, — пожала плечами домоправительница. — Хотэя сам заменишь. Ты ведь с Симкиным вроде как дружишь? Вот и зайдешь к нему по-приятельски. Полюбуешься коллекцией, только не особо увлекайся, а то он начнет лекции читать и обнаружит «липу». Короче, Хотэй — твоя головная боль, но, думаю, это не проблема.

— Да нет, моя умная девочка, как раз проблема, которую надо решать немедленно, иначе… Короче говоря, Потапов уже забрал нэцке у Петра, но на твою статуэтку не заменил. День-два, максимум три, и Петька заметит пропажу. Как думаешь, что тогда будет?

— Хреново, — Клара Карловна в задумчивости качнула головой. — Слушай, а может, заплатить Потапову?

— С ума сошла! У него тесть с инсультом, жена с лейкозом. Только начни платить — не слезет!

— Тем более следует его убирать. И не дрожи! Все будет обставлено как несчастный случай. Главное, выяснить, где сейчас Хотэй… Слушай, Ицхак, ты, кажется, говорил, что Потапов любит шастать по пещерам?

— Ну, говорил… Спелеолог он вроде как…

— Это хорошо. Пещеры — как раз то, что нам нужно.

Ицхак Соломонович ворчливо отозвался:

— Ничего хорошего! Через неделю приезжает эксперт из Швейцарии, чтобы оценить коллекцию. А где она, коллекция?! Я — уважаемый человек, у меня имя, между прочим!!! — антиквар воздел указательный палец к небу и, малость повозившись в полукресле, принял позу Наполеона.