— Пожалуй, мы оказались лучшими актерами, чем рассчитывали, — болезненно улыбнулась Коппер.

Мел не ответил. Вспоминал ли он утренний поцелуй в аэропорту или тот пункт брачного контракта, что гласил: «На публике договаривающиеся стороны обязуются вести себя подобающим их статусу образом»?

— Да, наверное, — сказал он наконец.

У их столика суетился официант, откупоривавший шампанское со всем возможным шиком. Коппер видела, как улыбаются им с Мелом люди за другими столиками, заметившие, видимо, какая они чудесная пара, и ей хотелось вскочить и крикнуть, что все это неправда! Что Мел ее ничуточки не любит, что все это показуха, которая не значит ровным счетом ничего!

Но она сидела смирно, смотрела на бегущие вверх пузырьки в высоком бокале, внушала себе, как чудесно у нее пойдут дела, как счастлив отец, что его проект начал воплощаться в жизнь. Потом подумала о теплых губах и сильных руках Мела и заставила себя наконец вернуться мыслями к недавно подписанному контракту.

— Ну… — отважно улыбнулась она и подняла свой бокал, — за нашу сделку!

Мел замялся, но все же чокнулся с ней.

— За нашу сделку, — сухо ответил он.

В звенящей тишине их взгляды встретились, скрестились, Коппер опустила глаза, нетвердой рукой поставила бокал на столик и начала лихорадочно придумывать, что бы такое сказать. Больше всего ей сейчас хотелось схватить проклятые конверты, нагло лежащие на самом виду, и разорвать в мелкие клочья.

— Ну что, — нарушил долгую паузу Мел, — как идет подготовка?

— Неплохо, — обрадовалась его вопросу Коппер. Что угодно, только не это ужасное молчание. — Правда, гостей будет намного больше, чем нам бы хотелось. Мама двадцать семь лет с нетерпением ждет моей свадьбы, и малой кровью нам не обойтись. Я ей говорила, что мы очень хотели бы после скромной церемонии устроить тихий праздник для самых близких, но каждый день я узнаю, что она пригласила кого-то еще, и свадьба грозит перерасти во всенародное торжество.

— А я считал, этим занимается кто-нибудь сильно деловой, вроде тебя, — равнодушно уронил Мел. «Кто бы мог предположить, что так можно обсуждать собственную свадьбу!» — подумала Коппер, покраснев от негодования.

По противоположному берегу Торренса, рука в руке, шли двое и не замечали никого вокруг. Бездумно вертя в пальцах ножку бокала, Коппер с нескрываемой завистью наблюдала за ними. Последние две недели выдались очень трудными: удержать размах свадебных планов мамы в рамках здравого смысла, в общем-то, не удалось, но еще тяжелее с утра до ночи изображать самую счастливую невесту на свете.

— Будь свадьба настоящая, я не стала бы спорить, — заговорила она, — но от постоянного притворства устаешь, и, по-моему, довольно глупо участвовать в этом мероприятии всерьез, если мы оба понимаем, что обманываем всех.

— Ничего, это ненадолго, — устало прикрыв глаза, сказал Мел.

— На ближайшие три года! — возразила Коппер настолько резко, что он поставил свой бокал и удивленно взглянул на нее.

— Ты что, передумала?

Коппер выразительно посмотрела на белые конверты.

— Слишком поздно, не так ли? Мы уже поставили свои подписи!

— Мы еще не женаты, — равнодушно заметил Мел, — и если ты передумала, то еще не поздно.

— Искать другое место для строительства? Нет уж! — покачала головой Коппер, не глядя в глаза Мелу. Как может она передумать, когда отцу с каждым днем становится лучше, а Меган только о том и говорит, что будет подружкой невесты? Если она откажется выйти за Мела, то больше не увидит ни его, ни Бирраминды… Коппер тщательно разгладила ладонями скатерть.